Стервочка Лиса

Размотал, прощупал края порезов и снова эта перекись, ватки, бинтики. У Вики что-ли заразился этой педантичностью или сам по себе такой?

– Викторию Александровну Миронову знаешь? – спросил я, решив выяснить этот вопрос.

– Да, – кивнул он в ответ, не поднимая головы. – Я у нее практику проходил и даже успел немного поассистировать. Хирург от бога. А что?

– Да так. Просто интересно.

Выяснять причины моего интереса он не стал, и разговор закончился так же, как и начался. Замотав мою руку бинтом, Рыжов стянул перчатки и махнул рукой, чтобы я одевался, а сам пошел ужинать.

Вернее, сперва мыть руки – естественно, хирург же, – а потом уже за стол. И хотя меня никто не приглашал, я тоже побрел на запахи, распространяющиеся по квартире со скоростью света. Продукты привезли почти сразу после того, как свалили менты, так что имею полное право. Но вот чего я точно не ожидал увидеть, так трёх тарелок – то есть меня все же в рассчет мартышка приняла. Только и здесь решила подколоть. Я сильно сомневаюсь, что самая большая тарелка, на которой с лёгкостью мог уместиться торт, а скорее всего именно под торт она и была рассчитана, была поставлена для Рыжова. То количество пюре, выложенное горкой, и шесть котлет ему при всем желании было бы не осилить. Чего нельзя сказать обо мне.

– Не знаю, как у вас там принято, но мы, нормальные люди, едим с тарелок и вилками пользуемся, – не преминула вставить свои пять копеек на мой немой вопрос мартышка. – И, да. Посуду мыть тебе.

Паш, салат бери. Пупсик сегодня банкует, – улыбнулась Рыжову и плюхнулась на табуретку.

– Стаканы какие-нибудь организуй, язва, – бросил я и пошел в комнату за бутылкой вискаря, без которой не обходилась ни одна такая экстренная доставка провизии. Вернулся, поставил в центр стола и протянул ладонь Рыжову. – Елисей.

– Павел, – ответил он с удивлением.

– Давай сразу на ты и по пять капель за знакомство и удачную операцию.

– Не возражаю.

– Алло, каннибал. А ничего, что после хирургических вмешательств алкашка вроде как противопоказана? – влезла мартышка, отодвигая один из стаканов к краю.

– Я ни о каких вмешательствах знать не знаю и пять капель такому шка… – Рыжов немного замялся, подбирая более корректный эпитет, – шка… шикарному образцу, выдающихся размеров, – нашелся он, – капля в море.

– Нормальный тост, – я быстро наполнил два оставшихся поблизости бокала и один протянул в конец офанаревшему Павлу. – Будем.