(Не)случайная

Мы можем быть самыми верными и задушевными подругами, кем и были, но принадлежать к разным мирам.

Порыв ветра разметал волосы, забрался в вырез жакета, и я опомнилась. Осмотрелась – ни одного такси, что и логично. Сегодняшние посетители театра оперы в них не нуждаются.

Придется идти пешком.

Громко цокая высокими каблуками, я спустилась по сверкающим мрамором ступенькам и поспешила в студгородок, где жила в общежитии и работала в студенческой кафешке. Не самая плохая работа, надо сказать. Студенты, как правило, отпрыски богатых семейств, не скупились на чаевые, хоть некоторые и язвили по поводу моего положения.

Но с придурками я предпочитала не иметь ничего общего вне работы.

В этот мир богатства и гламура я попала благодаря стипендии, и пахала, чтобы оказаться достойной ее и на следующий год, иначе пришлось бы бросить обучение. Денег на оплату такого университета у меня не было, того, что зарабатывала, с трудом хватало на жизнь и на одежду, чтобы не быть посмешищем.

Вот и сейчас экзамены почти на носу, надо как-то совместить подготовку к ним с работой в двух местах.

Я тяжело вздохнула. Каждый раз, когда, казалось, нет больше сил, и хотелось опустить руки, плыть по течению, я вспоминала жизнь в приюте и говорила себе: «Мия, терпи. Еще несколько лет, и ты будешь дипломированным специалистом, сможешь выбрать работу и навсегда забыть об угрозе нищеты. Может быть, выйдешь замуж за Адама».

Глава 9 Неприятная встреча

Я мечтательно зажмурилась. Адам стал опекать меня сразу после того, как спас из-под колес машины.

Он встречал меня после лекций или с работы, когда я поздно заканчивала. Дарил цветы, приглашал в кино в те редкие вечера, когда была свободна. Его совсем не смущало мое положение, и со временем все стали воспринимать нас как единое целое. Адам стал для меня принцем, с которым я мечтала состариться.

Размышления прервала парочка появившихся будто ниоткуда парней.

– Она?

– Она.

– Симпатичная.

– Ага.

Ничего не понимая, я невольно сжалась.

– Привет, крошка. Гуляешь? А чего так поздно и одна? – хрустнула смятая банка пива и с жалостным звоном стукнулась о тротуар.

Продолжение разговора не предвещало ничего хорошего, тем более, что взгляды парней шныряли по сторонам, будто хотели убедиться, что кроме нас на пустынной улице больше никого нет.

От мягкого «клац» я едва не подпрыгнула – в свете фонарей опасно сверкнуло даже на вид острое лезвие.

– Хорошенькая. Жалко.