Огонь vs Лед. Переворот наоборот

Попав в полумрак после яркого солнечного света, я теряюсь и инстинктивно хватаюсь за твердую руку. Не вижу выражение лица Ринара, но почему-то кажется, что ему это нравится. Чувствую по… мягко обволакивающей меня магии. Ее прохладные касания освежают лицо, шею, слегка покалывают плечо с меткой, будто проявляя недовольство. Становится  даже уютно, несмотря на совершенно незнакомое место и людей.

Еще не успеваю освоиться с сумраком пещеры, как слышу звонкий девичий вскрик, и почти сразу вокруг моей шеи обвиваются тонкие руки.

– Лиска! Лиска! – кто-то буквально захлебывается словами и молотит ногами мне по голеням. – Где ты все это время пропадала? Знаешь, как мама с папой из-за тебя переживали?! Теперь мы тебя никуда не отпустим!

Звон в голове становится таким сильным, что  почти не слышу слов. Он больно ввинчивается в мозг. Хочется вскрыть череп и вынуть все оттуда, только бы это поскорее прекратилось.

– Потом-потом. Все потом. Алисия слишком устала. Дай ей прийти в себя, – слышу сквозь мозгодробительный звон, потом земля уходит из-под ног, и я оказываюсь неизвестно на чьих руках.

Ничего не вижу, не слышу и инстинктивно хватаюсь за шею моего носильщика.

– Сейчас все пройдет. Отдохнешь, и все пройдет. Вот увидишь, скоро  почувствуешь себя лучше. Дарина! За мной!

Меня куда-то несут. Влажный ветер мягко обдувает голые плечи, путается в волосах, а потом… Потом ощущаю под собой что-то мягкое, накрытое шелковистой тканью. Кровать?!

Пытаюсь вскочить. Слепо шарю руками, чтобы найти возможного противника, но не могу сопротивляться сильному давлению на плечи и падаю на спину.

И кто же смог помериться силой с фениксом?

– Спасибо! Спасибо, ваше высочество! – девушка  с высоким голосом не отстает и врывается в… комнату?

Откуда в пещере комнаты? Ее восклицания врезаются в мозг, словно кинжалы. Хочется отгородиться, хоть немного побыть в тишине, но слова несут информацию. Совершенно новую и незнакомую.

Получается, бандит велит называть себя принцем.

Хорошее у него самомнение. Пытаюсь вспомнить, что говорил о разбойниках Франис. Голова отзывается жуткой болью, но нужные воспоминания не появляются. Он ни разу не упоминал такой клички. Возможно, и не знал, иначе не позволил бы наглецу так спокойно разгуливать, поскольку самопровозглашенный принц может настолько возгордиться, что попробует оспорить трон, а одного бунта для страны и подданных хватит с излишком.

– Ваше высочество, – продолжает звонко девушка.