Огонь vs Лед. Переворот наоборот

Пусть мне невыносимо больно, одиноко, из горла рвется крик отчаяния, и хочется просто содрать с себя кожу, чтобы физическими страданиям хоть немного притушить те, что сжирают изнутри, но этой слабости я себе не позволил.

Они должны копиться, крепнуть внутри меня, чтобы, когда придет время, всей концентрированной яростью обрушиться на виновника несчастья.

– Надо все подготовить для погребения отца, – распорядился я и не узнал свой голос. Он стал сиплым и каким-то тусклым, монотонным. – Нашел останки Алисии? Ей тоже необходимо оказать все возможные почести.

Декстер молчал.

– Ты меня слышал? – так же ровно спросил я. Рычать, кричать не хотелось, да и сил не было. Равнодушие ко всему и апатия окутывали меня густым липким туманом.  Я даже не знал, хочу ли видеть то, что осталось от Алисии. Запомнить сероватую горстку пепла. В моей памяти навсегда останутся блестящие яркие локоны и огромные прозрачные глаза, а запах гари никогда не перебьет легкий цветочный аромат с солнечной горчинкой.

– Кхм-кхм, – наконец подал голос Декстер.

– Что? – не поворачивая головы, монотонно спросил я.

– Не думаю, что нам удастся что-то найти.

– Почему?

– Посмотри.

Я через силу повернулся и проследил взглядом за рукой Декстера. Сердце оборвалось. На тонком слое пепла хоть и не очень отчетливо из-за гуляющего здесь ветра, можно было рассмотреть цепочку больших, по всей видимости мужских, следов. Они направлялись к относительно чистому островку, рядом с которым виднелась пара более маленьких следов босых ног.

Я столько раз смотрел ступни Алисии, восхищался их изяществом, аккуратными пальчиками, нежной розовой кожей, что сейчас почти не сомневался – это именно их отпечатки я вижу.

– Неужели она жива? – недоверчиво посмотрела на Декстера.

Надежда такая желанная и такая невозможная. Поверить хочется на грани исступления, вопреки здравому рассудку, но смогу ли я еще раз попрощаться с Алисией, если вспыхнувшая надежда развеется так же, как устилающий площадь пепел?

Мне необходимо было подтверждение, что это не обман зрения, что не принимаю желаемое за действительное, и я с надеждой смотрел на Декстера.

Видимо, он понял всю важность своего ответа и не торопился, у меня же нервы звенели, как неправильно собранный и готовый взорваться артефакт.

– Судя по всему, она жива, – он наконец подал голос. – Кажется, феникс ее унес. Видишь, следы здесь обрываются.