Босс в моей голове

Вика была стройной блондинкой, модельной внешности. Глаза цвета карамели, пухлые губы, маленький, чуть вздернутый нос. Внешность девушки, была её "оружием" и она с большим вниманием и трепетом относилась к каждой детали, доводя её до своего идеала.

Если она просто всё расскажет Вике, та её высмеет и уйдет. Тогда Лина решила заманить девушку в свою комнату общежития, сказав, что её попросил прийти Костя и запереть.

План Лины сработал, девушки оказались заперты вдвоем в комнате.

Сначала Вика барабанила кулаками в дверь, затем угрожала, пыталась позвонить, но Лина была непреклонна. Когда же Вика успокоилась и смирившись села на соседнюю кровать, Лина вздохнула.

– Зачем ты меня заперла здесь? Что тебе от меня нужно? – со злостью спросила Вика.

– Я слышала, что Костя на вечеринке хотел напоить тебя веселым порошком и развлекаться с тобой всю ночь. Мы с тобой не особо ладим и ты не стала бы меня слушать, поэтому пришлось действовать решительно, прости.

 – спокойно ответила Лина посмотрев собеседнице в глаза.

Вика недоверчиво прищурилась:

– А тебе какое до этого дело? С чего такая доброта?

– Никакого! Просто не захотела, зная это, стать даже косвенно виновницей того, что могло с тобой произойти. – Лина пожала плечами.

Девушки некоторое время молчали, Вика заговорила первой, обреченно вздохнув:

– Раз уж ты сорвала мне вечеринку, может у тебя найдется что-нибудь выпить? Всё-таки сессию сдали и сегодня пятница.

– Есть перцовка. Бабушка прислала, когда я простыла. Для растирания.

– Тащи, сейчас разотремся и стаканы не забудь.

Так девушки сблизились. На следующий день, узнав, что их однокурсницу увезли в больницу с отравлением наркотическим веществом и признаками насилия, Вика сильно испугалась, что на месте этой девушки могла быть она. Поблагодарив Лину она извинилась за всё, что наговорила той накануне.

С тех пор они стали ближе общаться, дружить и помогать друг другу во всем.

Спустя время, Лина рассказала Вике правду, что слышала не разговор, а мысли Кости и о своём даре, который передавался по женской линии её семьи из поколения в поколение. Каждая женщина слышала мысли понравившихся ей мужчин ровно до тех пор, пока не испытает взаимную любовь.