Любовный детектив

Я схватила телефон, прижала к груди, пытаясь заглушить вибрацию, и протиснулась в узкую щель двери между стеной и лежащим псом.

– Аллё, – прошептала я, будто боялась кого-то разбудить, хотя в квартире кроме меня, людей больше не было.

– Ты не одна?

– Одна…

– Почему шепчешь?

– Так ночь же….

– Понятно… Зачем звонила?

– Понимаешь… здесь такая история…

– Да говори ты нормально, я ничего не слышу…

Радость внутри меня подпрыгивала, мешая сосредоточиться. Его голос проникал в меня, создавая состояние вакуума.

Если он позвонил, значит, я ему небезразлична. Я глупо улыбалась и молчала.

– Ты говорить будешь? – его резкий тон отрезвил меня.

– Дело в том, что мне непонятным образом подбросили… – я начала судорожно кашлять. Пересохшее горло будто стянули колючей проволокой, точь-в-точь, как в рекламе.

– Героин, что ли? Так продай, а деньги потрать…

Его чёрный юмор совсем не вписывался в любимый образ. Мне стало нестерпимо холодно, а в глубине души вместо трепета появлялось чувство негодования.

На каком основании он разговаривает со мной как с идиоткой, да ещё в четыре утра?

– Нет… странные документы и фотографии… а потом эту женщину я видела… мёртвой по телевизору, – снова приступ кашля.

– Я-то думал. Лечись… дура! – Макс отключился.

Странное незнакомое чувство брезгливости. Мне показалось, что слюна стала горькой, и захотелось выплюнуть её. Умывшись и почистив зубы в четыре утра, я уставилась в зеркало.

Что он имел в виду под словом «лечись»? Что я простужена, судя по кашлю? Или лечить он предлагал мозги?

Что с ним произошло за эти месяцы? Может, он был пьян или обкурен? Тогда понятно, почему нёс злую ерунду.

Но когда мы были вместе, то спиртного не употребляли, а запах табака он не переносил.

Через полчаса рассуждений я уже не была уверена, что разговаривала с Максом. Мой Максим никогда бы не позвонил ночью, не говорил бы таким омерзительным тоном. Конечно, он бы не рассыпался в комплиментах в мой адрес, но грубить точно бы не стал.

Ещё через час я вообще была убеждена, что ни с кем не говорила, что это был сон. Хотя телефон с неопределившимся номером висел на экране в 4.01.

Я провалилась в недолгий сон.

В семь утра будильник разбудил пса, а пёс в свою очередь меня, стащив одеяло на пол. Пятница. Сегодня день, когда уборщица выгребает мусорные корзины. Я так и не отважилась принести снимки погибшей домой. Не привлекая внимания, они оставались в страницах дешёвого детектива.