Сдавайся, буду согревать

 – Зачем? Как же теперь? Блин, вы больной?

– Сука, не прикрутили к стене! – бурчит мужик себе под нос, пытаясь встать. – Зато во! – и поднимает руку с пассатижами, в которых моя карта.

Хочу схватить ее, но он ловко отводит руку. Цокает.

– Не так сразу, Снегурка. Не так сразу.

– Слушайте, давайте выбираться, а? – толкаюсь локтями и тяну ногу из-под мужика. – Вы отдадите мне карту. И мы мирно расстанемся. Меня ждут. Вас, я уверена, тоже. А то…

Договорить не успеваю. Округу оглушает вой сирены.

Обеспокоенно оглядываюсь.

Бляяяяя. Мысленно бью себя по языку – ведь дала слово не материться начиная с нового года. Но как?!

На максимальной скорости, которую может выдать внедорожник отечественного производства, рассекая снег, к нам мчится полиция. Да! Это она! Не пожарные. Не «скорая». А полиция!

Перевожу взгляд на мужика. Потом на лежащий на боку банкомат.

Ну как, блин, тут не ругаться матом?! Как?!

6. Женщина средних лет и происшествие в Верхних Дрючках

– Значит, паспорта нет.

Так и запишем, – в промозглом отделении полиции с ярко-синими стенами я сижу напротив следователя или как он там называется. Он старательно вписывает в протокол мои данные. – Снегирева Диана Аркадьевна. Точно не врешь? – поднимает на меня взгляд и смотрит подозрительно.

– Зачем мне это нужно? Я же объясняю вам, мои документы в машине. Вот, давайте вернемся туда и я вам все покажу, – привстаю на стуле.

– Сядь! – рявкает полицейский. – Разберемся. Теперь ты, – кивает моему новому знакомому, из-за которого я тут и оказалась! Ууууу, я сама готова по башке ему настучать.

– Слушай, майор, – громогласно обращается он к следователю, – позвони Семенову! И все решится!

– Вообще, старший лейтенант, – негромко отвечает полицейский.

– Да? Ну, значит, будешь! – ржет мужик. – Семенову набери, а?

– Семенов давно на даче, – усмехается он, подмигивая второму полицейскому, сидящему за соседним столом. – Новый год отмечает.

– Ну, значит, не оторвем от важных дел.

Набери!

– Ага! Сейчас! – ухмыляется старший лейтенант. – Я что? Совсем на голову отбитый, чтобы бухое начальство беспокоить? Мне еще служить тут, – и они ржут со вторым полицейским. – Документы давай лучше свои!

– Так дома! Я ж не знал, что так получится! За хлебом вышел, а тут – вот, – и показывает на меня.

Возмущенно смотрю на него и открываю рот, чтобы сказать, какой же он нахал и трус, но меня опережает полицейский.