Очищение

Долго я ждал звонка. Я назначен следователем по делу «Георгин», хотел передать вам всю имеющуюся информацию, но сейчас я уже еду на опознание тела жертвы. Сегодня прибыли её родители из Москвы. Вы хотите присутствовать?

– Родители? Вы опознали личность жертвы?

– Да. Я хотел вам заранее всё рассказать, но сейчас я уже на полпути в морг.

– Через сколько назначено опознание?

– Через двадцать минут.

– О боги, – Ева нервно вздохнула и покачала головой. – Я не успею. Буду через час в вашем отделении. Прошу, не начинайте с ними беседовать без меня.

И очень прошу, будьте повежливее, я не хочу, чтобы они думали, что едут на допрос.

– Хорошо. Я постараюсь. Ева Александровна, но вам нет необходимости ехать к нам в отделение, я могу привезти родителей жертвы к вам.

– Знаете что? Ваша фамилия вам подходит. Везите их сюда сразу после опознания тела.

Ева отключила связь и откинулась на спинку стула, пытаясь вспомнить про важное дело, о котором она сегодня забыла.

«Я ехала в машине и думала об этом.

Нужно будет сделать что? Что-то важное? Я думала о том, чтобы не умереть и… Точно! Нужно поставить уведомления в ежедневнике на приём лекарств и пищи. Надо выпить антибиотики».

Но в планы в очередной раз вмешался телефонный звонок.

– Слушаю тебя, Зобов!

– Капитан Тайнова, у меня для вас хорошие новости. Мы нашли прекрасный вздутый труп, он печально плавал по одному из каналов.

– Здорово, – печально ответила Ева. – Надо не забыть купить по данному случаю праздничный торт.

– Я знал, что вам понравится. Предполагаем, что это наш клиент. У него отсутствует кисть правой руки, но проблемы в том, что тело слишком долго находилось в воде и опознание может затянуться. Сейчас буду пробивать по базам пропавших за последнее время мужчин в возрасте от двадцати до тридцати пяти лет, может, удача мне улыбнётся. «Патолог» тоже обещал потрудиться. Буду держать в курсе дела.

– А что там со свидетелем?

– Она в шоке. Ещё раз повторила в точности всё, что говорила до этого.

Пока у нас тупик. Будем надеяться на нашего пловца.

– До связи.

Тайнова подошла к пока ещё пустой доске и с грустью подумала о том, сколько на этот раз фотографий убитых девушек, детей, мужчин будет здесь висеть.

– Сколько бы ни было, это всё равно слишком много. Но любому действию есть противодействие. Верно, Альберт Эйнштейн? – вслух произнесла девушка и повесила три первых фотографии.

– Итак, что мы имеем. Олеся, сбежавшая из детдома.