Малышка для боссов

Ощущения расплывались, сливались в одно острое, жгучее желание… Жажду все более откровенных ласк, более чувственных, бесстыдных прикосновений. Жажду большего.

Тело таяло, оно больше не подчинялось разуму. Да и чему подчиняться? Голова была пустой, словно волна страсти вымыла из нее все мысли до единой. Мне уже нечего бояться, нечего стыдиться… Я преодолела порог, за которым меня ждало только наслаждение. И если к этому наслаждению меня ведут две пары рук – что из того?

Горячие ладони скользнули по моему телу вниз.

Коснулись взволнованно вздымающейся груди, напряженного живота. Я снова всхлипнула, предвкушая еще более изощренные ласки: медленно, медленно ладони подбирались к тому месту, где пульсировала страсть. Откуда расходились волны сладкого томления, настолько пронзительные и острые, что у меня на глазах выступали слезы.

– Ты вся горишь, девочка… Боже, да ты вся мокрая!

Страстный шепот, горячее дыхание, обжигающее мою щеку… Я снова застонала, подаваясь навстречу требовательным, ищущим пальцам.

Но они, словно дразня меня, отстранились. Новая волна стыда всколыхнулась внутри. Боже, да мое тело просто умоляет, чтобы они взяли его… Какой развратной я, наверное, кажусь им сейчас. Но остановиться я уже не могла. И когда пальцы двинулись в наступление – снова выгнулась навстречу им. Чтобы опять остаться ни с чем.

Я готова была плакать от отчаяния. За что она так меня мучают?

– Пожалуйста, я не могу больше…

Сильные руки приподняли меня, заставили оседлать бедра Алана. Я застонала от облегчения и восторга, когда во влажное лоно ворвался его член.

Босс притянул меня, целуя жарко, властно… Заставляя полностью отдаться своим чувствам и ощущениям, забыть обо всем остальном.

Пальцы Даррела скользили по моей спине. Вдоль позвоночника, слегка задевая нежную кожу кончиками ногтей. Заставляя выгибаться, от этих прикосновений. Еще больше возбуждая меня. Ладони обхватили ягодицы, смяли их, слегка разводя – и в тесную дырочку между ними ворвалось что-то огромное, горячее… Я вскрикнула от мгновенной вспышки острой боли.

Но губы Алана заглушили мой крик.

Даррел не торопился, двигался осторожно, входя сперва совсем чуть-чуть. Затем проникновения стали глубже, темп ускорился… Как и темп Алана. Они входили в меня одновременно, вызывая странное ощущение заполненности. Заставляя вскрикивать снова и снова – уже не от боли, от избытка эмоций, контроль над которыми я утратила окончательно…

Жестче, грубее… Со стоном, с гортанным, звериным рычанием.