Паутина лунного света

Даже стоя во весь рост, он едва доставал макушкой до высокой резной спинки, но костлявая фигура мужчины не выглядела от этого менее угрожающей. Анна знала, что благодушное настроение Налимова – гораздо более опасный знак, чем его обычно постная физиономия. Улыбается – значит, замыслил какую-нибудь гадость. Несколько больше ее удивляло его спокойствие относительно пропавших ценностей: его жадность могла сравниться разве что с его подлостью. Потом она догадалась, что у него было время взять себя в руки, ведь его подручный был на месте опустевшего тайника и видел все собственными глазами.

И все же она посмотрела на него с интересом:

– Неужто совсем не жаль?

– Нет, – покачал он с улыбкой головой, затем посмотрел на дверь, и она тут же распахнулась, пропуская в комнату незнакомого парня.

Анна уставилась на него, открыв от удивления рот, так как в руке он держал ее собственную сумку.

– Удивлена? – констатировал Налимов очевидное.

– Не то слово. Как она попала к вам?

В ответ раздалось нечто, весьма напоминающее скрежет ржавого железа.

Анна не сразу сообразила, что так звучит смех ее мучителя.

– Сразу видно, что вор из тебя никудышный. Зачем ты полезла в мою квартиру?

– Это мое дело, – огрызнулась Аня. – Я спрашиваю, откуда у вас моя сумка?

– Все еще не догадываешься? Ну, смотри, – Налимов запустил руку в сумку и, точно фокусник, извлек из нее яйцо с забавной курочкой наверху. – Узнаешь?

Анна, облизнув губы, молча кивнула.

– Должно быть, ты не знала, что такие яйца в большинстве случаев открываются наподобие шкатулки? Вот так, – он ловко щелкнул замочком, и яичко распалось на две половинки. На ладони Селена Серафимовича оказался маленький блестящий предмет. Еще до того, как он начал объяснять, Анна догадалась обо всем.

– Это радиопередатчик. Будь ты профессионалом в воровском деле, тебя непременно насторожил бы тот факт, что такая откровенно ценная вещь стоит на самом видном месте.

Профессионал из осторожности преодолел бы природную жадность и не стал бы брать яйцо. Или, на худой конец, проверил бы его содержимое. Ты этого не сделала. Поэтому обнаружить твой тайник не составляло труда.

– Ничего не понимаю, – медленно проговорила Анна. – Если вы вернули себе свое добро, то зачем заварили кашу с моим похищением? – Она пристально смотрела на Налимова, ожидая ответа, но тот не спешил с разъяснениями.