Паутина лунного света

– В общих чертах, – уклонилась Анна от прямого ответа.

– Я расскажу тебе о нем. Думаю, тебя это заинтересует.

«Спорный вопрос!» – подумала Анна.

– Итак, речь идет о восемнадцатом веке, времени, не так уж сильно отдаленном от нашего, – начал Налимов, поудобнее устраиваясь в кресле. – Клан раджпутов насчитывал на тот момент несколько сот тысяч человек. Но положение их было незавидным. Глава клана, Амар Сингх, вел в ту пору тяжелую борьбу с моголами. Чтобы одолеть их, ему пришлось заключить союзнический договор с махараджами Джайпура и Джодхпура, в котором особо оговаривалось, что отныне все три клана вступают в браки только между собой.

Чуть позже, в начале девятнадцатого века, положение стало еще хуже. Теперь с севера наступали афганцы, с юга осаждали маратхи, с востока – англичане…

– Вам бы историком быть… – не удержалась Анна от язвительного замечания, все еще не понимая, куда клонит хозяин дома.

– Спасти положение мог только выгодный брачный союз, – не обращая на ее реплику внимания, продолжал Налимов.

 – У нынешнего правителя, Аджиты, была дочь, красавица Кришна Кумари. Она была еще совсем юной, одиннадцатилетней девочкой, а на ее руку уже претендовали сразу двое. И каждый считал, что выбор должен пасть на него, и каждый мотивировал свою правоту заключенным когда-то договором. Пять лет Аджите удавалось тянуть время, но когда красавице Кришне Кумари исполнилось шестнадцать, настало время делать выбор. Беда заключалась в том, что тот, кому девушка не досталась бы в жены, немедленно расторг бы договор, а этого нельзя было допустить. Дилемма оказалась неразрешимой. И тогда Аджита пришел к безумной, с точки зрения нормального человека, мысли, что дочь следует убить, уничтожив сам предмет спора. Дикое решение, но иного и ожидать не следовало, ведь Аджита был слабовольным, трусливым правителем. Ни один из мужчин клана не согласился исполнить приказ, но Аджиту это не остановило. Он приказал женщинам отравить принцессу. Надо сказать, что Кришна Кумари была не только красивой и образованной девушкой, она обладала тем редким даром, что сейчас принято называть ясновидением. И девушка знала, что ее ждет. Все пять лет она ткала ковер, ожидая своей участи. Он оказался невиданной красоты: алый шелк и золотая нить сплелись в его узорах самым затейливым образом. Когда девушке стало известно о решении отца, она добровольно выпила кубок с ядом, сидя на своем прекрасном ковре, но перед смертью произнесла заклятие.