Пятый рыцарь

Ученые мужи самозабвенно бубнили о рифмах, строфах ямбах и хореях, а в качестве примера, завывая, зачитывали отдельные отрывки, в большинстве своем, на английском языке. Стихи были прекрасны, декламация – чудовищна. Божий дар – искусство стихосложения – препарировался так нудно и цинично, что Ане сделалось дурно, и она сто раз пожалела, что пришла. Внезапно каторга закончилась. Анна испытала разочарование: Чебышев так и не появился.

– Понравилось? – интимно промурлыкал ей в ухо незнакомый голос.

Анна возмущенно уставилась на нахального соседа слева.

Его внешний вид не внушал ей доверия. Парень лет двадцати пяти, развалясь, сидел в кресле, небрежно закинув ногу на ногу. От его кожаной куртки пахло табаком, а русые волосы стояли дыбом. Карие глаза из-под взъерошенной челки смотрели дерзко. Зал понемногу пустел, но парень, по-видимому, никуда не торопился. Анна оказалась в ловушке. Справа – стена, спереди и сзади – ряды кресел, а слева – этот наглец со слишком смуглой для начала весны кожей и бандитскими замашками.

– Понравилось? – снова спросил он, и Ане показалось, что в этот раз он намекал на себя.

Анна дернула плечом, не желая вступать в полемику. Он тут же констатировал:

– Похоже, что не очень. Судя по вашему виду, вы здесь в первый раз.

– Зато вы сами – вылитый завсегдатай, – не удержалась девушка. Парень коротко хохотнул. Несколько человек в зале обернулись в их сторону, а Анна всерьез задумалась, не пора ли ей позвать на помощь.

– Один-один, – продолжал веселиться парень.

 – Хотя я вовсе не собирался вас злить. Вы скучали – это так очевидно, а от происходящего вас с души воротит. Разве нет?

Анна поморщилась:

– Вы всегда так в себе уверены и бесцеремонны?

– Бывают исключения, но редко. На вашем месте я не стал бы так откровенно пытаться от меня отделаться. А вдруг я вам пригожусь?

– Вот это вряд ли, – сказала Анна с чувством.

– По-моему, вы надеялись кого-то встретить здесь, но не смогли.

Его предположение оказалось настолько неожиданно точным, что Анна не смогла сдержать удивления.

– Вы экстрасенс?

– Глупостей не говорите. Чистая логика: вы так отчаянно вертели головой все это время, что шпильки из вашего пучка так и норовила воткнуться мне в глаз.

– Извините. – Анна неожиданно смутилась.

– Итак, средневековая поэзия – не ваш профиль, – продолжал странный тип. – К тому же, вы слишком хорошенькая для сборища этих ученых мухоморов.