В когтях у сказки

Это больно, действительно больно, особенно, если получить отпор неожиданно, так что старику здорово досталось и он, несомненно, был очень зол. Но Анну пугало не это. Кто бы он ни был и, какую бы цель не преследовал, теперь он в курсе, что перед ним достойный противник. Тот, кто сильнее его. Пока сильнее. Ей ли не знать, как легко может измениться расклад, если дело касается магии.

Бежать – вот, что сейчас необходимо. Там, вдалеке от этой странной парочки, она разберется, что это за фрукт и с чем его едят.

Анна покосилась на верзилу, полностью перегородившему проход.

Слева – стеклянная стена, справа – баобаб в черной коже, ни пройти, ни проехать. Разве что проползти под столом, но для этого Анна была еще недостаточно напугана. От баобаба исходил ровный жар, как от доменной печи. Справедливости ради стоит заметить, что он даже не смотрел в ее сторону, и в упор не видел того, что вытворял его патрон, но при этом умудрялся источать какую-то дьявольскую сексуальность – вот уж не к месту такие мысли! – причем в мегаваттном диапазоне.

Баобаб медленно повернул голову. От одного его взгляда в воздухе захлопали черные крылья.

– Можете звать его Ласло, – тут же предложил желтоглазый, откровенно забавляясь. – Его все так зовут, по крайней мере, те, кто ему нравится. А с теми, кто не нравится, он и вовсе не разговаривает.

Анна нервно дернула головой, что могло означать все, что угодно, но в данном случае означало страх. Она как раз всерьез подумывала о том, чтобы устроить дебош с применением блюда с пирожными в качестве метательного оружия, но тут к столику подлетел Ник и пирожным нашлось другое применение.

Не разобравшись, что к чему, Ник с радостным воплем ухватил эклер, запихнул его в рот и только потом спросил:

– Можно?

– Конечно, – как-то суетливо ответил старик, опередив Анну.

– Мам, а кто это? – спросил ребенок с набитым ртом.

– Друзья, малыш, друзья, – соврал желтоглазый самозванец. – А что ты больше всего любишь, дорогой? Мороженое или фрукты со сливками?

Ник вдохновенно открыл рот, однако, покосившись на мать, стушевался и солидно пояснил:

– Вообще-то мы уже поужинали… – Он вздохнул и неуверенно продолжил: – Разве что немного мороженого? Можно, мам?

– Конечно, можно! Отличный выбор! – одобрил старец, в очередной раз оставив Анну сидеть с открытым ртом.

 – Ласло, поторопи!

Великан бесшумно снялся с места.

Путь был свободен, но Ник уже плюхнулся на свой стул, и выдергивать его из-за стола она побоялась.