Давай останемся врагами

Но Миронов прервал мои мечты. Скривившись, он неожиданно заявил:

– Не хочешь, как хочешь. Продолжай как собачка бегать за своим любимым Борюсиком.

– Ну ты точно дурак, Миронов – я засмеялась, хотя внутри все похолодело. Ведь я никому не говорила о своих чувствах к Боре. Даже Ваське так ничего и не сказала.

– Нет, это ты, Фасоль, ду-у-ура… – зло усмехнулся Миронов. – Он же сел с тобой только для того, чтобы списывать!

– И с чего ты это взял? – я продолжала усмехаться, хотя на душе уже вовсю скребли кошки.

– Да он сам пацанам рассказывал, все это слышали.

Казалось, сердце в тот момент рухнуло в пропасть. А мысль о том, что одноклассники могли узнать о моих чувствах и теперь посмеиваются за спиной, делала переживания еще невыносимее. Отделавшись от Миронова, я позвонила Марине Викторовне и отпросилась домой.

Остаток дня тогда прошел как в тумане. Я долго сидела на подоконнике и смотрела в никуда, размышляя о том, что любовь – великое зло, и я больше никогда в жизни никого не полюблю.

На следующий день я вошла в класс с каменным лицом. Положение усугублялось тем, что это был предпраздничный день – 7 марта. И на моей парте лежала ярко-алая роза. А рядом с партой стоял Банников и улыбался.

Сердце мое уже готово было растаять, но я сдержалась. Схватив розу, я открыла окно и молча выбросила ее на улицу. Никогда не забуду эту картину – на белом снегу алеет ни в чем не повинная роза… Никогда не забуду лицо Бориса, сравнявшееся по цвету с этой розой.

– Да ты… да… ты! Да я… да ты… больная, что ли? – сначала Боря заикался, но последние слова выпалил довольно громко и внятно.

Я тут же забыла про свое обещание с ним не разговаривать, после чего Борис тоже узнал много нового о себе. Итогом занимательного диспута на философскую тему «Сам дурак» стало возвращение Бори на «историческую родину» – последнюю парту.

Миронов же после праздников пришел с огромным фингалом под глазом. После этого на одном из классных стендов появился «памфлет» – распечатанный на принтере лист формата А4, на котором большими буквами красовались следующие строки:

Хоть Борис и хорошист,

Но дерется, как фашист.

Не позволим хорошисту

Уподобиться фашисту!

А ниже была нарисована карикатура на Банникова.