Люби меня

 – Что происходит? Ты…

– Думала, я о тебе забыл? – послышалась позади и Софи резко обернулась. – Он сидел на стуле, положив ноги на преподавательский стол. – Сядь, – он указал на стул, который стоял напротив, но она не двинулась с места. – Либо ты сядешь сама, либо я заставлю, – он посмотрел на того парня, что затащил её в класс, и тот сделал шаг к девушке. Вздохнув, прошла и села. – Хорошая девочка, – улыбнулся Эдгар. – Итак, Софи – взяв со стола паку, он открыл её. – Посмотрим, чем ты можешь быть мне полезна. Музыкальное училище, играла на пианино, пела в хоре… – он поднял на неё взгляд.

Тот самый, с недобрыми огоньками. – Ты умеешь петь? – Софи молчала. Её всю переполняла злость, смешанная со страхом. Она одна, против двух амбалов и неизвестно, чего можно ждать от Эдгара. – Спой что-нибудь. – Софи молчала. Сердце билось где-то в горле, руки, если бы она не сжимала их в кулаки, они бы тряслись. – Споооой, мне что-нибудь, – повторил он. – Что-то душевное, что-то, из-за чего бы я решил, что не стоит губить такой талант, – он смотрел прямо в глаза, и Софи не собиралась отводить взгляд. Прошлый опыт научил, стоит опустить глаза, и он поймёт что победил, что смог напугать. Встав с места, взял стул и, развернув спинкой вперёд, сел прямо напротив. – Думаешь, ты первая, кто решил бросить мне вызов?

– Ничего подобного я не делала! – сказала она, радуясь тому, что голос не дрогнул. Эдгар расплылся в улыбке.

– Ну вот, заговорила, а теперь, пой. – Софи снова замолчала. Протянув руку, он стал играть вьющейся прядью.

Софи терпеть не могла свои непослушные волосы, которые из-за влажности начинали завиваться кольцами. К тому же сложно было перебить рыжий пигмент из-за чего, даже если хотела поменять цвет, не могла. Отец настаивал на том, чтобы дочка не подстригалась, говоря, что так она похожа на маму. Огненно рыжие волосы спускалась ниже поясницы, и сегодня были распущены, но собраны у лица. – Знаешь, я не люблю, наглых и спесивых. Мне очень нравится, когда мне подчиняются, полностью, – его взгляд скользнул по блузке, которая была застёгнута не до конца. Оставив в покое волосы, он провёл пальцами по шее, спускаясь к выступающей ключице, смотря прямо в глаза. Софи знала, чего он хочет. Чтобы она заплакала, стала вырываться или хотя бы вздрогнула, поморщилась, но она не стала, хоть и ощутила, как ужас начал сковывать тело. Она почувствовала, как парень расстегнул пуговицу, затем ещё одну, и ещё. И вот, она уже сидела с полностью расстегнутой блузкой.