Зов сердца

Он это делал, когда нервничал. Она, вновь, наблюдала за его губами. Странное ощущение внизу живота раскаляло ее тело. Неужели, он возбуждал ее? Саванна ничего не понимала. Новые чувства посетили и ее, и ее тело.

–Часто бьющийся пульс.– Он коснулся вены на ее шее двумя пальцами. Голос тихий, пронизывающий, словно летний ветерок. Саванна прикрыла глаза, впитывая ощущения кожей.– В сердце порхают бабочки. Много бабочек и, кажется, что ты взлетаешь вместе с ними.– Его рука переместилась на ключицу. Саванна замерла, поглощаемая его сильной энергетикой.

Грейстон слегка наклонил голову, и его дыхание зашевелило волосы возле ее уха.– А внизу живота все сжимается от блаженной тянущей боли.– Саванна прерывисто и глубоко вдохнула. Его рука нагло завладела ее грудью.

Резко открыла глаза и отскочила от него, словно перед ней стоял не парень, а демон, собственной персоной. Горький запах разносился со сковороды, оповещая о том, что блинов на завтрак больше не предвидится. Девушка схватила горячую сковороду и выкинула черные угли в мусорное ведро.

Слезы стали в ее глазах, она не хотела, что бы Грейстон видел их. Словно мимолетное видение, она исчезла за дверями, выходящими на улицу.

Ноги несли в сторону поля. Она бежала, не обращая внимания на холодные потоки дождя. Ее тело горело, чем пугало сознание. Что Грейстон сделал с ней? Почему она не могла пошевелиться? И почему она ощущала все, о чем он шептал ей на ухо? Неужели, он возбудил ее своими прикосновениями? Для нее это были новые слова и новые ощущения.

Бабушка никогда ей ничего не рассказывала о таком. Саванна не знала, как вести себя в такой ситуации. Слезы застилали глаза, но она продолжала бежать. В груди все разрывалось. Бабочки слишком сильно порхали.

Что он наделал? Он испугал ее своим напором. Одинокая девочка, запертая в доме, отдаленном от людей, от поселений и города. Она не видела в своей жизни ничего. Почему он не сдержал себя? Грейстон надевал футболку, скрывая за тканью свое тело. Злость на себя, заставляла все чаще и чаще кусать губу.

Настроение испортилось. Возбуждение, проснувшееся в его теле от аромата ее кожи, бродило одиноким странником, не находившим выхода из лабиринта.

Теплом ударило ей в лицо, когда она перешагнула порог дома. Дождь склеил ее волосы, прилепив несколько прядей к лицу. Вода стекала с мокрой одежды на деревянный пол под ноги. Продрогшая, она обнимала себя за плечи, что бы хоть чуточку согреться. Грейстон стоял у плиты. Он не смотрел в ее сторону.