Зов сердца

Багажник старенького пикапа за пару часов был заполнен кукурузой. Девушка села в кабинку и завела мотор ключом зажигания. Без особого желания старичок завелся и колеса подняли желтую пыль в воздух.

Грейстон с нетерпением ожидал приезда Саванны. Он хотел поехать с ней, но она отказала. Сегодня он узнает, кто он и где его дом. Сердце громко ударило в крепкие стенки груди. Единственный дом, который он знал, был здесь. Здесь его дом. Рядом с Саванной. Хотелось найти родных, но душа бунтовала от сознания того, что придется покинуть это место.

Саванна должна будет остаться здесь, пока он не найдет свое место в этой жизни. Он не может забрать ее в неизвестность. День в ожидании длился очень долго. Парень не мог найти себе места от беспокойства, пока на горизонте, на фоне оранжевого заходящего солнца не увидел машину девушки.

–Как съездила?– Он открыл дверцу кабины и помог девушке сойти на землю.

–Ярмарка утомила меня. Я не чувствую ног от усталости.– Она не для этого произнесла эти слова, Что бы сейчас испуганно ухватиться в крепкую шею обеими руками, повиснув над землей.

Грейстон подхватил ее на руки и широким шагом пересекал двор, в сторону дома.

–Что ты делаешь? Отпусти меня.– Она растерялась от неожиданности и уперлась руками в его грудь.

–Даю отдых твоим ногам.– Он нес ее, не ощущая тяжести и только на веранде, она почувствовала твердь под собой.

–Тебя в доме ждет сюрприз.– Он толкнул дверь, пропуская ее вперед. Интерес захватил ее. Что в этот раз придумал Грейстон?

Объемный букет полевых фиалок стоял в вазе на столе, отдавая свой аромат.

Саванна подошла ближе и зарылась носом в фиолетовое чудо.

–Спасибо, Грей.– Она посмотрела в его довольное своим поступком лицо.– Откуда ты узнал, что я люблю фиалки?

–Я не знал. Когда я их увидел, вспомнил твои глаза.– Его тихий голос звучал совсем не по-братски.– Хочу, что бы ты узнала, что такое ухаживание. Ты не должна пропустить этот период в своей жизни. Мне хочется делать тебе приятное, хочется видеть твою улыбку.

– Он подошел очень близко, и Саванна замерла, дыхание перехватило.

Она не понимала свои ощущения. Что должно произойти? Пуговицы рубашки были расстегнуты у ворота и открывали ее взору верхнюю часть груди. Грейстон кончиком языка облизал свои губы, увлажняя их. Завороженный взгляд стал темно фиолетовым и губы приоткрылись. Ее тело тянулось к крепкому телу, и не надо было сильных и нежных рук, которые притягивали ее к горячей коже, обжигающей, даже, через одежду.