Кукловод

Алина распаляла мое воображение все сильнее.

Наконец мы пришли.

Опускаю описание дома и квартиры, ибо вы, мой драгоценный друг, однажды были у меня в гостях и должны помнить подробности.

Замечу только, что, хотя в тот вечер я вошел в доставшуюся мне квартиру тоже впервые, как и Алина, у меня было ощущение, что я все в ней знаю: то есть я знал, где находятся выключатели, куда выходят окна, чем наполнен холодильник и так далее.

Пока я собирал легкую закуску, Алина успела заглянуть во все углы. С интервалом в три секунды до меня доносились ее восхищенные возгласы:

* 

Ой, какой у тебя хрусталь! Вот это ковер! А это

что? Видик! А кассеты есть? Это родителей квартира?

* 

Моя собственная.

* 

Врешь!

* 

Ну, зачем мне врать?

* 

А жена у тебя есть?

* 

Нет.

* 

А любовница?

– А ты, кажется, из любопытных, – урезонил ее я.

Она нежданно смутилась:

* 

Извини. Я просто хотела узнать, кто же у тебя

убирает. Везде так чисто.

* 

Старуха приходит.

* 

А вот сейчас точно врешь! Небось, меняешь любов

ниц как перчатки…

Не дождавшись ответа, она снова учинила визг: на сей раз по поводу шкуры бурого медведя, что возлежала в спальне перед широкой кроватью. Из оскаленной пасти торчали мощные клыки.

* 

Миленький, а это у тебя откуда?

* 

Подстрелил однажды в Забайкалье, – на ходу со

чинил я, входя в комнату.

Я собирался пригласить Алину на кухню – выпить еще немного и, наконец, заняться любовью.

Но когда я увидел, как она, склонившись, оглаживает эти клыки, мне безумно захотелось овладеть ею немедленно, прямо на этой шкуре.

* 

Ой, какой ты у меня храбренький! – пропела

она. – А я, когда увидела тебя там, в «Волнушке», не

знала, что и подумать. Делаешь шикарный заказ, а одет

хуже задрипанного инженера.

* 

Был когда-то такой принц – Гарун-аль-Рашид. Он

любил переодеться в простое платье и побродить среди

своих подданных. – Я присел рядом и принялся рассте

гивать ее пуговицы.

* 

Так ты – принц? Ты и вправду принц? – Она

умело занялась моей одеждой.

* 

Самый натуральный…

Наконец-то я справился с ее пуговками и начал освобождать ее от костюмчика.

– Ой, какой ты горячий… – прошептала она. – Люби меня сильно-сильно, обещаешь? Ты мне так понравился сегодня…

Она продолжала еще что-то шептать, но я уже не различал смысла слов. Ее облик более не воспринимался мною как вульгарный.