Кукловод

 – Но балконная

дверь-то была открыта, и в стекле все отражалось. Ты

думаешь, я не видел, как он гладил твои колени?

* 

Колени! Ну, миленький… Почаще смотри в балкон

ную дверь, еще и не то начнет мерещиться. Да ты просто

хватил лишнего в тот вечер. Он гладил свою кошку!

Умница, она поняла!

Однако теперь надо было срочно вводить в разговор другие имена, чтобы Кителю не втемяшился в башку мой Мамалыгин. Цитата из Штирлица о том, что запоминается именно последняя фраза, имела широкое хождение уже тогда.

– Кошку? Хороша кошка! – Я сделал вид, что потихоньку прихожу в ярость. – Ну, ладно. А Олег? Что вы гладили вместе с Олегом? Твои трусики?

Алина тоже не стала отмалчиваться. Мы весьма натурально разыграли сцену бурной ссоры влюбленных, при этом я разразился такими неистовыми проклятиями в адрес мифического соперника, что всякий наблюдавший за нами должен был начисто забыть про какого-то там старикашку Мамалыгина, любителя женских коленок.

Наконец я подал Алине знак, что пора заканчивать комедию.

Последовала финальная сцена примирения.

А следом и зритель пожаловал, правда, в единственном числе. Китель – собственной персоной – посетил нашу темницу, превратившуюся на время в театр, чтобы засвидетельствовать свое восхищение нашими талантами.

– Ну, голуби, столковались? – Судя по его масленой роже, он наблюдал за спектаклем с самого начала.

– Вашими молитвами, – буркнул я.

Алина напряженно затихла.

* 

Я спрашиваю: ты готов? – Он ткнул в меня коря

вым пальцем.

* 

К сожалению, нет! – отрезал я. – Поле совсем сла

бое. Я даже не чувствую характерного покалывания в ладонях

, а это наивернейший признак.

Он недовольно поморщился:

– Так какого рожна тебе еще надо?! Я выполнил все твои пожелания, все до одного. А ты юлишь и юлишь, как та вошь. Последний раз спрашиваю: чего еще не хватает? Подумай хорошенько, прежде чем ответить, потому что я больше не потерплю никакой волынки!

Потакать его раздражению не стоило, и я кратко резюмировал:

– Алина, как моя ассистентка, пережила сильный стресс, и это не дает ей сосредоточиться.

* 

В общем, так! – перебил Китель. – Завтра —

крайний срок. Или мы завтра едем к нужному человеку

или… сам понимаешь. Никаких твоих объяснений я слушать

больше не намерен. Что-то здесь жареным запахло. А я

рисковать не хочу.