Найти то, не знаю что…

Потом он умирает, и публика забывает о самом факте его существования. Но если художнику удается создать Шедевр, пускай один, то все его прежние заявки быстро поднимаются в цене, подобно акциям заброшенной шахты, в которой вдруг обнаружили алмазные россыпи. Понимаете? Сначала нужно создать Шедевр, пускай даже из воздуха.

– Неужели бывают дутые шедевры? – Пережёгин принял изумленный вид.

– Сколько угодно. Бывают даже «мыльные». Но в этой галерее шедевров я пока не вижу – ни подлинных, ни дутых.

– А художник Омельев, по вашему мнению, имел перспективу создать шедевр?

– Омельев? – искренне удивилась она.

 – Кто это? Впервые слышу о таком художнике. – Либо она говорила правду, либо была изощренной актрисой. Пережёгин не уловил в ее голосе ни единой фальшивой нотки.

– Ну, как же, Дина Владимировна? – сощурился он. – Художник Омельев проживал в той самой коммуналке, где и поныне обитает ваш дядюшка Вадим Эдуардович Усиков. Дядюшка, который, полагаю, не далее, как вчерашним вечером позвонил вам относительно моего внезапного визита в коммуналку.

– Ах, вот вы о чем! Значит, Омельев – это тот самый бедняга, что погиб ужасной смертью два года назад? Да-да, я слышала, конечно, краем уха об этой жуткой истории, но фамилии в памяти не удержала. Я, знаете ли, не коплю излишней информации, которая мне вряд ли когда-либо пригодится. Что же касается картин этого Омельева, то я не имела счастья видеть хотя бы одну из них, поскольку никогда, ни разу в жизни не была в указанной вами коммуналке.

Тем не менее, отвечая на ваш вопрос, замечу, что названный вами художник Омельев, скорее всего, не создал своего Шедевра. Боюсь, что этот уличный живописец уже прочно забыт всеми, даже своими собутыльниками.

– Ошибаетесь, – покачал головой Пережёгин. – Есть люди, весьма интересующиеся его работами. Один человек поручил мне найти его картину, чудом спасенную от огня. Это полотно Омельев подарил своему знакомому накануне трагедии. Тот унес картину с собой. Вы случайно не знаете его имени? Или опять скажете, что для вас это излишняя информация?

– Послушайте, Пережёгин, не валяйте дурака, – ясным голосом отчеканила она.

 – Уж вам-то прекрасно известно его имя. Вчера днем мой дядюшка сам назвал вам его. Впрочем, похоже на то, что вы знали это имя еще до визита в коммуналку, и пришли сейчас ко мне за подтверждением некой своей догадки.

– Могли бы еще добавить, что мне известно и название картины. «Банковский мостик», похоже, заинтересовал еще кого-то.