Найти то, не знаю что…

Ну, что тут долго рассказывать: красавица стала часто бывать в его доме. Выяснилось, между прочим, что она специалист в области старой живописи. Однажды она спросила наследника, известно ли ему, при каких обстоятельствах в коллекцию попала картина Айвазовского «Шторм в заливе». Наследник ответил, что, по словам дяди, это полотно досталось ему от отца, который, в свою очередь, купил его в годы нэпа у крупного мебельного торговца. «Так я и думала! – воскликнула наша красавица. – Годы нэпа… Именно в тот период в России подвизался аферист Чарушин-Самохвалов, талантливейший подделыватель произведений Айвазовского.

Утверждают, что на его счету десятки крупных фальшивок, хотя точного числа не знает никто». «Но дядюшка был убежден, что эта картина – подлинная!» – возразил наследник. «Подделки Чарушина могут обмануть даже опытнейшего эксперта, – отвечал красавица. – Впрочем, установить истину несложно. Соскреби аккуратно немного краски с любого угла полотна и сам договорись с лабораторией какого-нибудь крупного музея, чтобы определили возраст этой краски. Но сделать всё надо конфиденциально, иначе пойдет слух о неполноценности твоей коллекции, а это негативно отразится на ее общей стоимости». «Пожалуй, так я и сделаю», – ответил встревоженный наследник. Прошло несколько дней, и начался второй акт спектакля. «Какой кошмар! – пожаловался наследник красавице. – Представляешь, краски, которыми написан «Шторм в заливе», изготовлены в двадцатых годах прошлого века. Через два десятилетия после смерти Айвазовского! Ясно, что картина поддельная. Что же мне делать?! Я не хочу, чтобы в моем доме висела фальшивка». «Думаю, эту проблему можно решить, – ответила красавица. – Да, это подделка, но очень качественная. У меня есть надежный посредник, имеющий выход на коллекционеров с Ближнего Востока. Эти богатые и самонадеянные шейхи не задают лишних вопросов. Они доверяют только собственному вкусу и не приглашают к себе экспертов. Все риски посредник принимает на себя, но потребует за это драконовские проценты. Боюсь, ты получишь немного, но это лучше, чем ничего. Вдобавок, тебя навсегда избавят от фальшивки, присутствие которой оскорбляет твое эстетическое чувство. Выбор за тобой». «Ты ручаешься за своего посредника?» «На все сто». «Ладно, я согласен».

Дина выдержала паузу, затем произнесла:

– Вот так «Шторм в заливе» оказался у меня. А это, – она указала на Ключника, – Геннадий Федорович, другой мой дядя, который сыграл в спектакле роль посредника.