Найти то, не знаю что…

Ключник, напротив, не щадя голосовых связок, давал последние инструкции сиделке, обещая проверить результат по возвращении. Первым делом сиделке поручалось запереть ворота после отъезда хозяев. Про исчезнувшую табуретку Ключник, кажется, забыл.

Вот вся троица уселась в иномарку (Дина за рулем). Автомобиль выехал на дорогу и помчался в сторону города.

Сиделка закрыла ворота, задвинула засов и прошла через веранду в дом. Через какое-то время она поднялась к больной.

Дверь мансарды, как припоминал Пережёгин, запиралась снаружи на висячий замок, но окна-то оставались открытыми.

Чуть сбоку от того окна, что находилось над верандой, к стене крепилась металлическая лесенка, вроде пожарной.

Из окна – на лесенку, с той – на крышу веранды, оттуда – на крышу сарайчика, наполовину скрытого кустами, и вот он уже на земле…

На пристанционной площади Пережёгин уселся в свой автомобиль и вызвал по мобильнику Виноградову.

– Ирина Сергеевна? Есть хорошие новости. Думаю, дело движется к финалу. Да, всё закончится завтра утром.

С гарантией. Но у меня к вам есть разговор. Я буду у себя минут через сорок. Приезжайте, как только сможете.

* * *

На щеках Виноградовой играл яркий румянец.

Пережёгин вкратце ввел клиетнку в курс дела, опустив ненужные, с его точки зрения, подробности.

– Та вещь, которую мы ищем, у меня на крючке на девяносто девять процентов, – резюмировал он. – Остается получить подтверждение ее подлинности, и эту задачу я решу сегодня ночью. В связи с этим у меня к вам один необычный вопрос, уважаемая Ирина Сергеевна.

В каких вы отношениях на данный момент с теткой вашего мужа? Она человек надежный?

– Елена Дмитриевна? – удивилась Виноградова. – А она-то здесь причем?

Пережёгин принялся неохотно объяснять:

– Дело в том, что картина, всё еще двухслойная, находится сейчас в коммуналке, у того самого химика. Он имеет задание от Дины смыть верхний слой на небольшом квадратике. К этой работе химик, в силу своих комплексов, приступит, полагаю, не раньше полуночи.

Надо будет выждать для верности еще два-три часа, и тогда профессора можно брать с поличным. Переждать эти ночные часы мне было бы удобнее, находясь рядом, в коммуналке. Отсюда мой интерес к Елене Дмитриевне. Вы не могли бы объяснить старой даме ситуацию в самых общих чертах? Как бы двусмысленно это ни звучало, но интересы дела требуют, чтобы она пустила меня в свою комнату инкогнито. Растолкуйте ей, что это делается для блага ее племянника – вашего мужа.