Ущелье Али-Бабы

Лишь одинокие машины изредка проезжали вдоль набережной. Неосвещенный зев арки напоминал черную дыру.

Обнявшись, влюбленные пересекли дорогу и не спеша направились в сторону Невского проспекта. Их путь пролегал мимо мрачной арки. Леонид страстно прижимал спутницу к себе, едва не наступая ей на ноги. Вот он остановил даму напротив арки и вымолил у нее долгий поцелуй.

Артур на секунду включил свет в салоне. Это было сигналом.

И тут началось!

Наши парни внезапно возникли перед влюбленными из зева темной арки и оттеснили их к каменной нише.

Оттуда послышались неясные выкрики.

Выждав немного, я выбрался из машины и помчался на шум.

Свое дело к этому моменту «бандюги» сделали лишь наполовину. Платье Ирины было разорвано на плече (важная деталь плана!), но Леонид никак не желал спасать свою жизнь бегством, несмотря на то, что стальное лезвие так и плясало перед ним в воздухе. Вопреки нашим прогнозам, он упорно игнорировал оставленный для него «коридор». Более того: занял боевую стойку, выставив перед собой костлявые кулаки.

Судя по стойке, драться он не умел. Очевидно и то, что он относился к числу последних романтиков, готовых пожертвовать жизнью, защищая честь любимой дамы.

Я почувствовал прилив уважения к этому чудику. Но сейчас было не до сантиментов.

Что ж, если наш «тетерев» оказался глух к голосу древнего инстинкта самосохранения, значит, пришла пора обратиться к дару внушения. Но этому мешала царившая под аркой темень. Я не видел глаз Леонида, а он – моих! В этот момент романтик бросился на одного из нападавших.

Тот легко отшвырнул его от себя, словно мячик. Леонид оказался на свету, и я увидел его глаза.

Сосредоточившись, я внушил Леониду мысль, что в его доме начался страшный пожар, и если он не успеет на помощь, то пострадает вся его семья.

Леонид, как ошпаренный, вскочил на ноги.

– Ирочка, извини! – закричал он, впадая в транс. – Я должен бежать! Иначе всем будет очень плохо! А тебя выручит вот этот человек, обязательно выручит, вот увидишь! – и он вприпрыжку помчался через проходные дворы на параллельную улицу.

– Трус! Низкий трус! – закричала ему вслед Ирина. – Отныне между нами всё кончено!

Кстати говоря, она вовсе не походила на испуганную дамочку. Размахивая зонтиком, энергично пыталась достать им нападавших и даже вроде бы не замечала, что разорванное платье оголило ее плечо. При этом ее красивые губки безостановочно выдавали в эфир сочные порции отборной ненормативной лексики.

Пора было закругляться.