Звездочеты

– Да перестаньте же вы изображать из себя неисправимого скептика, – воскликнул Надыбин. – Какой смысл Аркадию врать, если он сам выразил согласие претендовать на аванс лишь после расчистки завала!

– Пусть так, – кивнул я. – Однако же, вопросы всё равно возникают. Те же самые проклятые, сугубо практические вопросы, с которыми постоянно сталкивался ваш любимый Шлиман. Да-да, я имею в виду разрешение на раскопки со стороны местных властей. Вы не можете не помнить, что в ряде случаев Шлиман добивался этих разрешений годами.

И нередко ему удавалось это с немалым трудом, несмотря на то, что он щедро раздавал взятки. Однако и взятки не всегда помогали.

– Дорогой друг, не заставляйте меня думать, что вы – погрязший в быту обыватель, – не без досады крякнул Надыбин. – К цели нужно идти уверенно, решая второстепенные вопросы по ходу дела. Шлиман, как ни крути, старался всё же оставить часть находок себе, причем немалую часть. Лично у меня нет таких намерений. Всё, что будет нами найдено, вплоть до последней рукописи, я передам Самаркандскому университету, а уж там пусть решают, каким образом представить древние манускрипты мировому научному сообществу.

Я же вполне удовлетворюсь ролью счастливого искателя. И вам, мой друг, придется немало поработать над тем, чтобы эта моя роль оказалась у всех на виду. Вот тут-то я вам не дам ни малейшей поблажки.

– Погодите, до дележа славы еще далеко. Сначала нужно иметь решение ближнего круга проблем. Вы уверены, что местные власти поверят в чистоту ваших намерений? А вдруг они решат, что вы хитрите? Вы ведь не можете не понимать, что едва начнется разбор завала, как по всей округе разнесутся самые фантастические слухи.

Со всех сторон на вас налетит армия голодных чиновников, и не факт, что вы сумеете откупиться даже ценой щедрых чаевых.

– Да не гоните вы лошадей! – поморщился мой собеседник. – Аркадий подсказал мне беспроигрышный ход. Мы возьмем в аренду этот совершенно бесплодный участок гористого рельефа, якобы для организации летнего кемпинга для любителей горного туризма.

А разборку завала организуем под видом обустройства «Пещеры путников», дескать, для привлечения любителей спелеологии. Уж на эти работы разрешение нам дадут, полагаю, без особой волынки. А едва только откроется проход к книгам, мы поступим точно так же, как сделал Шлиман, поняв, что его рабочие вот-вот отроют клад Приама.

– Боюсь, этот эпизод не задержался в моей памяти, – признался я.