Дебютантка

– Ага, конечно, ты попадешь в храм, узнаешь, что испытания смертельно опасны… и тогда откажешься и вернешься домой?

Смогу ли я отказаться от шанса получить бесконечную силу? Не знаю.

Взяв кружки, мы вышли на улицу и сели на ступени таверны. Косой дождь бился о стены, брызгая на нас желанной прохладой. Глим прикурил трубку.

– Меня убивает то, что я не могу тебе помочь, – сказал чуть слышно.

Я смотрела под ноги, на грязь, прилипшую к ботинкам.

Я справлюсь. Выдержу все, что ждет меня впереди. И уж точно не стану плакать.

– Ты мне очень помог, договорился с начальником архива и нашел Летицию. Кстати, она заподозрила, что мы ей солгали.

– Конечно, заподозрила, она неглупая женщина. Но раз согласилась помочь, значит, поверила, что ты ее не подведешь. В конце концов, ей ведь не важно, каким образом ты добьешься милости короля, через мужа или нет.

– Я сделаю все возможное, чтобы она вернулась в столицу.

– Все? Даже выйдешь замуж?

– Пусть замужество будет моей самой большой проблемой.

Глим выдохнул дым. Серые кольца поплыли по воздуху, и я нацепила одно на палец.

– Вот скажи, Тай: раз я помог тебе договориться с Летицией, значит, ты попадешь в столицу благодаря мне?

– Да.

– Значит, если ты погибнешь, в этом будет моя вина?

– Нет! Это мой выбор, и ты тут ни при чем. Каждый отвечает за свои поступки…

– Вот и я о чем, – перебил меня Глим. – В том, что случилось с Аннет, нет твоей вины.

– Хватит! – Не выдержав, я резко поднялась. – Я еду в Амадену на королевские испытания, получу бесконечную силу и верну Аннет к жизни.

В том, что случилось с Аннет, виновата я. Именно я уговорила друзей рискнуть и нарушить правила комендантского часа. Именно я не захотела оставаться на ночь в таверне. А увидев патрульную дугу, могла спасти Аннет, а не Эмира.

– И ты не боишься погибнуть? – Глим смотрел на меня щурясь.

– Пока у тебя есть цель, ты бессмертен.

– Хорошие слова, смелые… но ты забываешь, что я воевал. Смерть бьет вслепую, и погибнуть может любой.

– У тебя была цель вернуться к детям, которые остались одни. Ты вернулся, и я тоже вернусь.

– К кому, кроме Аннет?

Это незаслуженный удар в больное место. Наклонившись, Глим коснулся меня плечом вместо извинения. Я не обиделась. У каждого свои мотивы, причины и цели, и не мне судить.