Прочитай меня

Нам есть о чем поговорить.

– Расскажи ей про Виту! – Оставив уговоры отцу, Никита выходит в коридор.

Не теряя ни секунды, Королев-старший закрывает за сыном дверь и поворачивается ко мне. Сосредоточенный, напряженный, словно готовится к атаке.

– Не волнуйтесь, Аля, я не звонил Вите, – говорит без преамбул. – Мой сын крайне импульсивен, и у меня нет привычки выполнять его капризы без предварительной проверки. Как видите, я оказался прав.

От удивления я не знаю, что сказать. Сглатываю вязкую слюну, хмурюсь.

Что за семья? Никита жалуется на отца, а тот на Никиту, и все это постороннему человеку.

– Ник пригласил вас на благотворительный вечер?

– Да.

– Вы отказались?

Я снова сглатываю. От давящего взгляда Королева во рту сухо, в висках стучит напряжение. С Никитой мне проще, а его отец затеял непонятную игру, и не хочется в ней участвовать.

Он кивает, приняв мое молчание за положительный ответ.

– Могу ли я поинтересоваться, какие у вас планы? – Разговаривает со мной вежливо, доброжелательно, его не в чем упрекнуть.

– Я собираюсь вернуться домой. В другой город. – Почему-то не хочется называть адрес.

Королев-старший изучает меня, что-то просчитывая и решая.

Смотрю на дверь. Два шага, и я окажусь в коридоре, потом в лифте – и все. Свобода. Страха я не ощущаю, только неловкость. Я попала в самое сердце семьи, где все отнюдь не просто и не благополучно, и хочу как можно скорее выбраться наружу. Не запачкавшись.

Мысленно я уже попрощалась с Никитой, осталось только отвязаться от его отца.

– Могу ли я говорить с вами напрямую? – спрашивает он, и что-то в его голосе привлекает мое внимание. Что-то личное, глубокое.

Очень хочется отказаться. Я еле пережила Никитино «напрямую», и второй дозы от его отца мне не надо.

Однако Королев-старший не ждет моего разрешения.

– У меня к вам деловое предложение, очень выгодное. – Скользит взглядом по моему дешевому платью и сумочке.

– Если вы собираетесь откупиться от меня, чтобы я не встречалась с вашим сыном, то не стоит беспокоиться.

Я сама вам охотно заплачу, только отпустите меня домой. – С вызовом приподнимаю бровь и нажимаю на дверную ручку, наслаждаясь скрипом свободы.

Это грубо, но честно. Во мне зудит потребность провести жирную черту между мною и Королевыми.

Переварив мой ответ, отец Никиты громко и искренне смеется. Его объемный живот дергается над широким ремнем джинсов.