Островок

Но он умеет попадать в настроение. Иной его каламбур долго еще повторяют в городе на все лады. А еще он показывает всякие фокусы и трюки, – простые, но они нередко ставят зрителей в тупик. Сам он обычно сидит без гроша, однако, насколько мне известно, его часто приглашают тамадой на свадьбы и юбилеи в богатые дома, а глаз у него острый, следовательно, какой-то информацией, представляющей интерес для вашей брачной конторы, он обладать может.

– Что ж, – кивнул я, – судя по всему, это готовый кандидат для сотрудничества.

Ты познакомишь меня с ним?

– Хоть завтра! А еще могу дать бесплатный совет: хочешь найти с ним общий язык, угости его плотным, а лучше царским обедом. Но учти, его аппетит может разорить даже скромного миллионера.

– Не проблема. Шеф выделил мне кое-какие средства для представительства.

Она лукаво улыбнулась:

– А хочешь еще одну бесплатную подсказку? Знаешь, какое у Балагулина самое заветное желание? Мечта, ради которой он готов даже сесть на временную диету?

– Любопытно было бы узнать.

– Не напрягайся, всё равно не угадаешь. Он мечтает хотя бы единственный раз в жизни провести концерт на кремлевской сцене и получить приглашение на ужин у президента!

– Да, это большая мечта, – согласился я. – Посмотрю, что можно сделать для ее осуществления. Наш шеф проворачивает и не такие штуки! Но знаешь… К черту Аркадия, а также Клио-Патрочку со всеми ее спонсорами и бабуинами! Давай потанцуем.

Тина не лукавила, предупреждая, что пьет мало.

Она не выпила даже заявленных ста граммов коньяка. Но у нее была счастливая способность опьяняться атмосферой веселья и беззаботности.

После того как мы посмотрели довольно профессиональный стриптиз, я предложил Тине переместиться на пять минут в мой номер, чтобы подышать свежим воздухом, а затем, мол, можно вернуться в бар.

Она кивнула, и мы синхронно поднялись из-за столика

Переступив порог моей комнаты, она сразу же направилась в душ.

Когда через несколько минут она вышла оттуда, весь ее наряд состоял из полотенца, обернутого вокруг талии.

В «Северную корону» мы так и не вернулись.

Ранним утром мы тоже любили друг друга.

Затем она поцеловала меня еще раз своими мягкими губами и поднялась:

– Все, милый! Я должна идти. Надо отдохнуть хоть немного, а затем мне предстоит переделать кучу всяких скучных дел. Но вечером можем встретиться, если ты, конечно, хочешь.