Островок

Появилось мнение, что отныне надо активнее поощрять и тех, кто несет свой тяжкий крест в провинции. В ближайшие полтора-два года будут активно раскручиваться на телевидении и радио, а также на столичной сцене, в том числе кремлевской, наиболее маститые мастера культуры из нашей глубинки. Квоты уже определены. Если мне не изменяет память, Еланску выделены две позиции.

– Кто?.. – прохрипел Аркадий.

– Покуда определены только квоты, – ответил я, сохраняя непроницаемое выражение лица. – Но уже в ближайшее время начнется отбор кандидатур.

С учетом мнения общественности и рекомендаций местных комитетов по культуре. Двигать, естественно, будут тех, кто находится в цветущем творческом возрасте и способен еще послужить на ниве культурного досуга. А ваш возраст, Аркадий, наиболее оптимален для того жанра, который вы представляете. Да и повод будет – юбилей! Вот с чем был связан мой вопрос по поводу вашего возраста…

Широкий лоб конферансье покрылся испариной.

– Сказать по правде, наш комитет по культуре постоянно интригует против меня. Там считают, что Балагулин способен только балагурить, пардон за нечаянный каламбурчик! Они ведь не вникают в подтекст! Нет, меня они зарежут! – воскликнул он в отчаянии.

– Веселее, Аркадий, мы утрем им нос! – ободрил я его. – Скажу вам по секрету: я пользуюсь – через одного нашего надежного клиента – определенным влиянием в министерстве. Ваша раскрепощенная творческая манера, Аркадий, произвела на меня неизгладимое впечатление.

Да и публика принимает вас на «ура», это же факт! Я готов, господин артист, пролоббировать ваши интересы, но и самому вам придется подсуетиться.

– Что я должен делать? – растерянно развел он руками.

Я надолго задумался, затем произнес:

– Жаль, конечно, что у вас испорчены отношения с комитетом по культуре. Для меня это новость. Но я посмотрю, как это можно исправить. Вы же попробуйте организовать ходатайства от общественных организаций, от творческих союзов, от коллег, от своих влиятельных поклонников, ежели таковые имеются… Словом, организуйте отсюда в министерство поток бумажек и звонков.

Учините легкий тарарам. Ударьте во все колокола! Все в ваших руках, Аркадий! Хватайте свой шанс мертвой хваткой.

Балагулин поднял на меня свои маслянистые глазки.

– Ярославич… Всё это звучит как сказка… – Кажется, он растерял весь запас своих приколов.