Живущий в тени

По коже пробежал мороз, странное волнение. Бабушка много рассказывала о своей жизни, но никогда не упоминала эту женщину, как оказалось, очень ей дорогую. У бабушки было две подруги, и у обеих большие семьи, которые о них заботятся. Я с ними знакома, родители тоже, и вот…

Галина Максимовна Рязанцева.Подруга, о которой никто не знал?

На моих губах вкус обиды.

Я носилась с этой обидой весь день, как ребёнок, недовольная, что таинственное послание с того света оказалось странной просьбой, о которой, к тому же, я должна молчать.

Хотя должна ли? После смерти ничто не имеет значения – ни репутация, ни секреты, тщательно охраняемые при жизни. Я думала об этом, пока ехала к родителям на ужин. Очень хотелось расспросить их о незнакомке.

Однако я промолчала. Смотрела на родителей, родных и привычных, и молчала, поглаживая шершавую поверхность конверта в кармане. Папа переоделся к ужину в чистую рубашку, принёс из кухни кастрюлю с супом. Мама порхала по гостиной, раскладывая еду. Она относится к обязанностям домохозяйки с серьёзностью и методичностью хирурга, и всё в доме, от цветов в вазах до меню, продумано до мелочей.

Именно из мелочей строится семья. Из того, как мама оставляет папе его любимые хлебные горбушки. Из того, как он хвалит еду, вдумчиво и честно. Из того, как на развешанных на стенах семейных фотографиях папа обнимает нас, показывая, что готов защитить нас, несёт ответственность и гордится этим.

Ещё вчера мы не имели друг от друга секретов, и мне нравилось то чисто-прозрачное чувство, полная открытость семьи.

Я верила, что можно всю жизнь держаться за руки и никто не отпустит. А теперь появилось странное письмо с просьбой, которую я должна выполнить втайне от родителей. И предчувствие, тревожное и неприятное.

– Эмма, солнышко, ты какая-то подавленная сегодня. Всё в порядке?

– Да, просто немного устала.

Я сжимала письмо в руке и думала о том, что секреты растут, как кристаллы. Начинаются со странного письма, с конверта в кармане, а потом сверху налипает ложь.

Одна ложь, другая, врастают друг в друга, множатся. Формируют новое непредсказуемое нечто.

Мне не нравятся секреты, они фальшивой нотой звучат в атмосфере родного дома.

Я должна срочно разобраться с бабушкиной просьбой.

На следующий день я навестила незнакомку, которую бабушка назвала подругой. Седая, худенькая, с глазами цвета голубого хрусталя, Галина Максимовна казалась бесконечно хрупкой. Разливая заварку из фарфорового чайника, она печально вздыхала.