Безрассудные. Книга 2

– Да, когда мы наедине, у нас нет проблем. Но большая часть нашей жизни проходит за пределами стен спальни, Эдвард! Ты гастролируешь, я работаю на телевидении, мы контактируем с огромным количеством людей обоих полов! И если три года назад мне приходилось подстраиваться под законы, которым была подчинена только твоя жизнь, то теперь я сама – часть системы, и вынуждена жить по законам, которые диктует мне индустрия, – Марина беспомощно развела руками. – Я не хочу доставлять тебе проблем. Не хочу быть причиной и участницей сплетен и публичных разборок.

И если другого выхода нет, значит, я больше не хочу тебя до тех пор, пока ты не научишься доверять мне и людям, с которыми мне приходится общаться.

Резким движением Эдди привлек Марину к себе и прижался губами к ее рту. Тело Марины мгновенно вытянулось в струну, пальцами он почувствовал как встали волоски на ее коже, а губы стали мягкими и податливыми.

– Пока еще хочешь, – прошептал он, проводя пальцами по коротким волосам на ее затылке.

– Это не решение проблемы, – сопротивлялась Марина, но ее тело предательски затрепетало в его объятиях.

– Как мне еще извиниться? Как убедить в том, что я сожалею, но если подобное повторится, то, вероятнее всего, я постараюсь не устроить скандала на людях, но точно оторву башку твоему хахалю при встрече наедине? – Эдди крепко держал ее за голову, пытливо вглядываясь в потемневшие глаза Марины.

– Я не хочу, чтобы ты меня ревновал! – Марина вырвалась из его крепких рук.

– А я не хочу, чтобы мне давали поводы для ревности, – с тихой яростью произнес Эдди.

– Я не могу тебе этого гарантировать, Эдвард. Так же, как и ты не можешь оградить меня от страданий. Мне казалось, что наш план хорош, но он не работает, – Марина заморгала, прогоняя навернувшиеся на глаза слезы.

– В этом ты совершенно права, – вяло отозвался Эдди. – Значит, нужно придумать новый план.

– Но другого плана нет. – Она бессильно уронила руки.

Эдди поднес ладони к щекам и тяжело вздохнул.

Выражение печальной отрешенности на лице Марины доводило его до отчаяния. Собственное бессилие болью отдавалось в груди. Он приблизился к ней и прикрыл глаза.

– Но сейчас ты еще хочешь меня, – Эдди подался вперед и коснулся губами ее губ. Нежность и тепло его поцелуя одновременно обезоружили и напугали Марину. – Мы не занимались любовью целый месяц.

Кровь забурлила в ее жилах, когда Эдди протянул к ней руку, проводя костяшками пальцев по ее щеке.