Зеркало для никого

Анастасия, дав мне карточку, потеряла ко мне интерес. Она украдкой поглядывала на нашу с Тахирой стычку, потом поболтала с братом и, пожелав всем хорошего вечера, ушла. Тео подходил ко мне еще несколько раз, но разговор не клеился, потому что к нам тут же присоединялся кто-нибудь из группы поддержки. После часа ничего не значащих разговоров я несколько раз притворно зевнула и, попрощавшись со всеми, отправилась домой.

Вот папа обрадуется, когда я приду домой в пол-одиннадцатого, как он и хотел.

Послушная девочка – хорошая дочка. Дело ведь не в том, что успешное родительство много значит для Рейтинга, а в том, что они меня любят и беспокоятся обо мне.

Родители были в своей комнате наверху, откуда доносились голоса. Они не ждали меня. Показатель доверия. Я выкрикнула: «Я дома», потому что знала, что на самом деле они были как на иголках в ожидании моего возвращения.

В своей комнате я вылезла из тесных джинсов и топа, бережно положила карточку на прикроватную тумбочку, разглаживая загнутый уголок.

Камеры отключились в тот момент, когда я скинула лифчик. Рейтинг тоже перестал маячить перед глазами.

Сегодня я решила принять ванну. И сидеть в ней так долго, пока горячая вода не станет совсем холодной. Ванна у меня была узкая, но глубокая. Когда мы были маленькими и делили комнату с Мист, то залезали в нее вдвоем. Тогда ванна казалась огромной. Если бы она была здесь, я бы рассказала ей про Тео. Сегодня я говорила с ним наедине и, может быть, я ему даже нравлюсь!

Воображение нарисовало, как он подходит ко мне перед занятиями, обнимает за плечи.

Все девчонки смотрят с завистью, потому что он выбрал меня! Я радостно улыбнулась и ушла под воду с головой. Такие мысли заставляли сердце стучать учащенно, а щеки гореть.

Я вылезла из воды, на ходу закутавшись в махровое полотенце. Поглядев в зеркало, я не поверила своим глазам. Его поверхность изрядно запотела и отчетливо проступила надпись. «Почему врач?» Написано кривым размашистым почерком, словно кто-то быстро писал пальцем, боясь, что застукают.

Я испуганно оглянулась по сторонам. Конечно же, в ванной комнате никого не было. Родители не стали бы шутить подобным образом. Но самое страшное – только один человек на всем белом свете оставлял мне такие записки. Это была Мист…

Я стерла надпись судорожным быстрым движением руки. Вымыла зеркало. Дрожащими пальцами я вывела ответ: «Камеры. Я ненавижу их».