Внезапная помолвка

А в зеленой гостиной стоит парчовый диван с золочеными ножками в виде крокодильих лап. Тетя Минни никогда сюда не заходит, но настаивает, чтобы ничего не накрывали чехлами, поэтому краски заметно поблекли. Но комната по-прежнему выгладит достаточно роскошно, правда?

– Да, она весьма импозантна. Во времена нашего детства ваша тетушка слыла большой модницей. Над чем вы работаете? Можно мне посмотреть?

Софи с некоторым смущением повернулась к холсту, над которым трудилась, и нервно кивнула. Хетти двинулась к мольберту.

– О, он очарователен! – воскликнула она. – Вы пишете красками так же хорошо, как рисуете карандашом!

Глядя на оживленное лицо леди Суинберн, Софи поддалась искушению.

– Понимаете, благодаря Мармадюку у меня появилось все необходимое для живописи, и было бы жаль потратить это на обычного мопса. Вы не будете возражать, если я попытаюсь вас написать?

– Возражать? Я буду очень рада! Но мне совсем не хотелось бы навязываться…

– О, клянусь вам, это доставит мне удовольствие. При всем уважении к Мармадюку он не самая вдохновляющая модель.

Прошу вас, соглашайтесь. Мне действительно нечем заняться, пока я здесь… – Софи вспыхнула. – Не подумайте, что я жалуюсь. Мне правда очень хочется написать вас, если вы не возражаете.

– Я с радостью. Когда?

– Как раз сейчас, идеальное освещение. Если вы сядете в то кресло у окна…

Хетти улыбнулась и перешла к окну.

– Хорошо. При условии, что вы расскажете о своих впечатлениях о Лондоне.

Софи торопливо схватила альбом, недоумевая, что ей сказать.

Она не могла сознаться, что ее самые яркие впечатления от Лондона связаны с братом этой женщины. Несмотря на свою внешнюю холодность, он каким-то непостижимым образом излучал заинтересованность, которую Софи подсознательно ощущала как приглашение быть собой. Приглашение, которое встречалось так редко, что оказало на нее пьянящее действие. Возможно, она просто обманывала себя, но соблазн поверить в него был слишком велик. Софи опустила глаза на чистый лист бумаги и начала рисовать.

– Рассказывать особенно не о чем. Я ничего не видела, кроме парка на другой стороне улицы и выставки, на которой побывала вчера. Но я наслаждаюсь возможностью побыть в одиночестве. Дома нас девять человек, и это практически невозможно… слишком много суеты. Так что это вынужденное уединение имеет для меня свои преимущества. Вы не могли бы немного поднять подбородок?

Хетти подчинилась.

– Девять?! Я понимаю, почему пребывание здесь для вас праздник.