Каникулы в снежном раю

Хотя, когда я еще в прошлом году ездил с классом на экскурсию в столицу, то с этой задачей справился. Почти.

– Знаешь, – мечтательно произнесла мама, – я с детства обожала разные истории о королевских семьях, собирала фотографии, статьи… Тот альбом, наверное, до сих пор хранится в доме у твоего деда.

– Между прочим, деда называют мебельным королем, у него ведь целая производственная империя.

– Это не то, – вздохнула она. – Когда-нибудь ты поймешь: есть вещи, которые ни за какие деньги не купишь. Например, происхождение.

– Вот и поехала бы в замок, раз тебе так нравится старина и роскошь.

– Меня, в отличие от некоторых, не приглашали… Нет, эту футболку не вздумай брать. Лучше обойтись без вызывающих надписей.

Она запихнула мою любимую футболку обратно в шкаф.

– Не понимая, как такое может быть. В двадцать первом веке посреди Европы стоит какое-то полусказочное королевство, а о нем никто не слышал. И на карте его нет, – закинул я удочку.

Вдруг мама сейчас признается, что это был какой-то усложненный предрождественский розыгрыш.

А вместо поездки к мифическим родственникам меня ждет экскурсия по старинным замкам или что-то в этом духе.

– Кому нужно, тот слышал, – невозмутимо откликнулась она. – А на карты все наносить не обязательно. Кстати, нужно приготовить рождественские подарки, чтобы ты взял их с собой. Посмотрю, что есть подходящее, из того, что я купила про запас. Или еще успею до вечера заглянуть в магазины?..

– Мам, а ты знала, что отец из королевской семьи?

– Да.

Но без подробностей. Стефан не любил рассказывать о своих родных.

Она аккуратно свернула мой свитер, который купила осенью. Честно говоря, мне это приобретение нравилось гораздо меньше, чем маме.

– А почему он жил отдельно от них?

– Видишь ли, Ансель… Он ушел из дома в восемнадцать лет. У Стефана случился какой-то конфликт с отцом. Мы уже поженились, тебе было два годика, когда Стефану прислали письмо из дома. Помню, я зашла в комнату, в камине догорают бумажные обрывки.

А Стефан смотрит в окно, и глаза у него словно остекленевшие. Его ждали на похороны отца, но Стефан так и не поехал. Думаю, потом жалел об этом. Ты только не проговорись о том, что я тебе рассказала. Да я ничего и не знаю, в сущности.

– Не проговорюсь.

Полдня прошло в хлопотах. Потом я все-таки улизнул от сборов, спустился на первый этаж. Осторожно повернул ручку двери комнаты отца.

– Пап, ты не спишь? Можно зайти?

– Заходи, конечно.