Узоры отношений

Герцог крепко держал узду, Филипп что-то говорил лошади на ухо, она стала успокаиваться, ее вывели на сушу и граф осмотрел рану. В результате резких движений, лошадь сильно повредила заднюю ногу. Стало понятно, что на ней дальше ехать нельзя. Граф фон Корф достал из походной сумки фляжку и кусок белого полотна. Филипп гладил лошадь по морде и что-то успокаивающе ей шептал, в то время как Н.А. быстро обрабатывал и туго перебинтовывал рану. Один из проводников переседлал своего коня и отдал его Мэгги, а сам взял под уздцы раненую лошадь и пешком направился вниз по течению.

Компания, между тем расположилась под раскидистым деревом оливы. Граф фон Корф, с помощью оставшегося проводника, накрыв полянку большим куском ковра, организовал на нем походный обед. Филипп и Рауль попытались привести свою одежду в надлежащий вид, но куртка и рубашка герцога были безнадежно испорчены. Раулю было неловко перед дамами за свой вид, что сразу заметил проницательный Н.А.

– Герцог, не сочтете меня нескромным, я от всей души предлагаю Вам мою запасную рубашку.

Отправляясь в поход, даже кратковременный, у меня всегда с собой есть запасная рубашка, … на всякий случай, … и небольшая аптечка – добавил он, видя, что Мэгги собирается спросить его о чем-то.

– Благодарю Вас, граф. С удовольствием воспользуюсь Вашей любезностью. Мне, правда, неудобно предстать перед дамами мокрым и оборванным.

– Думаю, что Филиппу тоже необходимо снять мокрую куртку, чтобы не простыть. Несмотря на жару, сейчас дует довольно сильный ветер.

Куртки высохнут быстрее, если их повесить на ветку дерева.– проговорила Агнесс.

Покончив, наконец, с взаимными извинениями и благодарностями, они расселись под деревом вокруг импровизированного стола. Шутки, смех, взаимные поддразнивания продолжались все время обеда. Когда все насытились и успокоились, проводник привел лошадей, и все отправились дальше по склону горы, чтобы сверху посмотреть на долину и окрестности.

– Ваше Высочество, позвольте поблагодарить Вас за мое спасение! Если бы не Вы, я, в лучшем случае, искупалась бы в этой грязи, а в худшем… даже не знаю, … могла сломать себе шею, если бы упала на камень.

… Брр…– содрогнулась Мэгги.

– Не надо меня благодарить, я не сделал ничего особенного. Очень рад, что Вы не пострадали, баронесса.– рассеяно сказал Рауль.– На моем месте любой мужчина поступил бы точно так же.

– Не знаю, все мужчины были слишком далеко, чтобы помочь мне, они бы не успели, в любом случае.