Тореадор

От обиды я заплакал. А потом понял, во-первых, надо научиться защищаться как следует, во-вторых, надо всегда молчать. Если я стану говорить или кричать, то он вынудит меня дать эту страшную клятву. Не знаю, почему, не могу сказать по какой причине, я никогда так и не дал ему клятвы убить дона Хосе Викторио де Васкеса из Севильи. Кто такой этот дон Хосе? Почему мой отец так жаждал этой смерти? Почему именно я должен был стать орудием мести? На все эти вопросы у меня так и нет ответов.

Время шло. Когда мне было лет восемь, или около того, я точно не знаю, весной отец отвел меня к пастуху, чтобы я помогал пасти коз и коров.

За это меня кормили хозяева этих животных. Я вставал на заре, будил маленькую Лауру, и мы шли собирать стадо. Старый пастух был добрым. Он нам рассказывал разные интересные истории. Лаура тихонько сидела под деревом и играла с камешками и травой, или ходила вместе со стариком, рассматривая разные растения и корешки. А я чистил коров и черного быка. Этого быка боялись в нашем селении все. Он был огромный, как гора, с длинными рогами, если пройти мимо него быстро или побежать, глаза быка наливались кровью, он низко наклонял голову … и его было не остановить. Так он затоптал прежнего помощника пастуха. Никто не хотел пасти это стадо. Даже мимо старались никогда не проходить. Я совсем не боялся этого быка. Наоборот, меня постоянно тянуло к нему. Мне нравилось чесать ему под горлом и за ушами. Бык, при этом так смешно фыркал, и облизывал мне руки и лицо. Но вот однажды, случайно, маленькая Лаура побежала ко мне с горки, как раз мимо него. Он моментально озверел и погнался за девочкой. Она закричала. Я выскочил наперерез быку и стал прыгать перед ним, уворачиваясь от его острых рогов. Потом развернулся и побежал к реке. Бык погнался за мной. Я с разбега прыгнул в ледяную воду, бык тоже. Вода сразу успокоила быка. Он жалобно замычал, стоя по шею в воде. Я подплыл к нему, сказал несколько ласковых слов и почесал за ухом. Потянул за веревку с колокольчиком на шее и вывел его на берег. Там уже собрались люди. Они что-то кричали, но подойти ближе не решались. Я отвел быка в стадо. В тот раз я простудился и долго потом кашлял, а в реке потерял один башмак. Дома мне сильно влетело от отца. Первым делом он спросил, где мой нож. Убедившись, что тот, как и прежде в ножнах на поясе, он слегка успокоился, но выпорол меня своим ремнем. До самой осени я ходил босиком. Только когда на улице стало совсем холодно, мне выдали старые башмаки.