Тореадор

Его я мало задел, а вот его дружкам повезло меньше. Они провалялись в кроватках больше месяца. Зато с тех пор на Лауру больше никто не смел поднять даже глаз. Я мог убить любого. Меня стали бояться все, даже взрослые.

Дни потекли за днями. Мы все так же рыбачили. С того события я не разговаривал с отцом вообще. Молча собирался, никогда не поворачивался к нему спиной. В лодке так смотрел на него, что теперь он стал меня опасаться. Чтобы не стать совсем жестоким и озлобленным, я старался все время думать о сестре.

Ей ведь тоже было совсем не сладко. Даже внешне она сильно выделялась из других. На Корсике живут в основном выходцы из Испании, и других там тоже хватает, но все люди смуглые, черноглазые, коренастые. Я не мог не замечать, что мы с Лаурой не похожи на остальных. Мне было тринадцать или четырнадцать лет, а я уже был ростом выше большинства взрослых мужчин, даже выше своего отца. А Лаура с годами становилась все красивее. Огненно-рыжие волосы стали сочного золотого цвета, а кожа на лице и руках белой и тонкой, почти прозрачной. Таких красавиц в наших местах вовсе не найти. Я знал, что очень многие начинают заглядываться на мою сестру. Меня это сильно тревожило. Лаура довольно хорошо шила. Еще совсем малышкой, она перешивала для меня старые отцовские рубашки, а из рваных курток делала мне безрукавки. Затем стала вышивать на них узоры. Сначала неумело, потом все чище и ровнее. В нашем селении стали говорить про нее, что она настоящая мастерица. Я старался, как мог, добыть немного денег, чтобы купить для нее нитки и иголки. Так мы и росли, два самых близких и родных человека, вокруг нас все были чужими.

Как-то рыбача, уже довольно долго, но без особого успеха, мы повернули лодку к берегу. Ветер крепчал. На море начиналась рябь. Волны, вначале совсем незаметные, становились все темнее и круче. Я вдруг услышал крик о помощи. Отец не хотел разворачивать наше суденышко, но я настоял. Первая заповедь моряка: "помоги тонущему".

Проплыв немного, мы увидели между двух высоких волн что-то белое, как будто женское платье, оно то всплывало на поверхность, то начинало опускаться в глубину. Я, не раздумывая, бросился на помощь. Отец повел лодку за мной. Вдвоем мы кое-как подняли на борт женщину. Она успела вдоволь наглотаться морской воды и уже была почти без сознания. Еще мгновение, и она могла бы утонуть. Отец помог ей придти в себя. Она стала кого-то искать глазами.