Игра с мечтой

Наверное, если бы не мамин сложный нрав, между родителями всё бы сложилось гораздо лучше. Таня заметила, что папа кидает взгляды на женщин именно маминого типа – стройных, некрупных, светловолосых, голубоглазых. Ведь и женился он по любви, и мама ради него оставила первого мужа. Но в те времена не было принято попробовать пожить вместе до свадьбы. А ведь только во время совместного проживания люди могут понять, подходят ли они друг другу.

Когда Таня подросла, то решила, что папа думал, что в маме с её хорошими манерами и то холодноватой, то, наоборот, слишком эмоциональной речью, скрывается бурная страсть, и это его привлекло.

То, что она просто психически не здорова, он никогда так и не понял. Но ему надоели мамины внезапные переходы от хорошего и веселого настроения к молчанию или ледяному тону, он был простой мужчина и не хотел гадать, что за этим кроется. Папа выбрал самый простой путь – напиться и забыться. Или не прийти домой совсем и заночевать у друга-собутыльника или у одинокой подруги.

Взбешенная изменами отца, о которых он никогда даже не заикался, но «добрые люди» всегда подобную информацию донесут, мать всевозможными путями добывала себе красивое нижнее бельё и пеньюары, и в таком именно виде встречала отца. Тане не нравились эти ситуации, но она поняла, что ей очень хочется, когда она вырастет покупать подобное бельё. Даже не для будущего мужа, а просто для себя. На папу же мамины наряды редко оказывали влияние. Он ужинал под её крики, пил и шёл спать.

Катя реагировала болезненно на происходящее. У Тани сохранилось в памяти, как Катя подбегала к маме и, обнимая её за колени, рыдала: «Мамочка, ну не кричи!» Звонкий и насмешливый мамин голос, обращенный к отцу, менялся мгновенно на ледяной и лишенный эмоций тон: «Отойди и не вмешивайся. Это не ваше дело». После нескольких таких происшествий, когда дети подросли, мать и стала выдворять их из квартиры.

Когда Таня и Катя сняли жильё и уехали на квартиру, папа стал появляться в доме ещё реже.

Пил он уже постоянно. Многократно, как тогда говорили, «зашивался», то есть, по-современному, кодировался, чтобы не пить. Но даже у самих девочек к этому моменту создалось впечатление, что жить с мамой трезвому человеку невозможно. Они всегда принимали папу в дом, если он не находил, где провести ночь, а сил прийти в собственную квартиру не было. Порой папа был немытый, небритый, и Таня сразу провожала его в ванную.