Атлантида

Синапериб из всех архонтов был, пожалуй, наиболее приближен к правителю, который любил подолгу беседовать с архонтом, обсуждать государственное устройство Атлантиды, ее историю, мечтать о далеком будущем своей великой страны.

На этот раз их разговор, плавно переходящий из одного русла в другое, коснулся роли женщины в управлении страной. Хронос, подталкиваемый желанием узнать мнение Синапериба насчет собственных тайных мыслей, сказал:

– А странно, что в Атлантиде нет и не было ни одного архонта-женщины.

Ведь среди женщин Атлантиды есть немало заслуживающих всяческих похвал как в искусстве, так и в науках. Неужели бы какая-то из них, стань она архонтом, не справилась с управлением одним из островов?

– Нет, они несправедливы и глупы, – резко сказал Синапериб.

Хронос знал о том, что Синапериб в юности пережил страстное увлечение, посеявшее в его сердце лишь разочарование и печаль, он, на всю жизнь оставшийся одиноким, не жаловал больше женщин, при случае был готов высмеять каждого, кто преклонял свои колени пред ними.

Хроносу это было ведомо, но он не оставлял надежды найти убедительные доводы и развеять заблуждение архонта. Правителю, питавшему к нему самые теплые дружеские чувства, хотелось увидеть однажды в глазах Синапериба свет любви, зажженный прекрасной женщиной.

– О Синапериб, ты не прав, – возразил Хронос. – Ты, единожды разочаровавшись в одной из них, готов отвергать все самое прекрасное и в тех, кто ни в чем не повинны пред тобою.

– Все они глупы, – упорно твердил архонт.

– Нет, ты не прав, – царь весело рассмеялся, запрокинув свою светловолосую голову. – Ты не прав, говорю я тебе, делая такое обобщение. Я знавал много женщин, которых можно счесть за образчики ума и яркого таланта.

– Ты, как и многие другие, ослепленные их внешним блеском, был обманут. Их свет слепит глаза, а внутри – пустота. И так всегда. Исключений нет.

Увлеченные спором они не заметили появления Лессиры на широкой мраморной лестнице.

Она, гуляя в тени дворцового сада, услыхала на террасе голоса. Лессира медленно ступая по белым каменным ступеням лестницы, поднимавшейся от сада к самой террасе, слышала весь разговор между Хороносом и архонтом.

– Так-то вы говорите о нас, о женщинах, – сказала Лессира, приближаясь к отцу и его гостю.

Синапериб встал и поклонился Лессире.

– Да, прекрасная Лессира, мы говорим о женщинах.