Долгово

Толстуха Ли засучила рукава и потянула могучими руками куст картофеля.

– Ты, я вижу, решила начать прямо сейчас, – заметил он.

– Покопаюсь немного, обещала на пару-тройку дворов забросить картошки.

– Заказ, значит.

– Вроде того. Да еще надо подкинуть пропитания Еве, она уже совсем дошла до ручки.

– Да, мэрия совсем редко стала давать пайки.

– Вроде снова начинают, я слышала.

– А тебе не жалко просто так раздавать-то свое?

– Нет, не жалко. Мне бог посылает. А потом, где оно свое-то. Нет здесь ничего своего в этом мире, всё чужое.

Всё оставим когда-то и уйдем.

Иван молча кивнул головой.

– Если хочешь, можешь взять себе овощей сейчас.

– Нет, спасибо. У меня еще есть еда.

– Ну как знаешь.

Лиона принялась проворно рыть картошку, мурлыча себе под нос какую-то песенку. Надо сказать, Лиона часто пребывала в хорошем настроении, когда была занята работой на своем поле. Она, одна из немногих в городишке, знала другие места и жила раньше в теплом южном крае, где и научилась земледелию.

Как ее занесло сюда, Лиона никому не рассказывала, вместо этого она обожала вспоминать те места, где жила в прежние более счастливые времена. В зимние вечера, когда работы для фермера нет, любила Лиона устроить посиделки в своем доме, угостить своих приятелей – стариков, с кем она водила дружбу, и попотчевать их байками о своей родине. Долговчане, никогда не знавшие других мест, открыв рты, слушали о чистых и красивых землях, где ласковое солнце согревает щедрые пашни, а плодородная почва и волшебная вода растят столько всякой всячины, что ее и девать-то некуда.

– У нас были огромные плантации винограда. Сортов куча. Такие большущие гроздья на ветках. Черные и зеленые крупнющие ягоды. Мне даже снится этот виноград. Часто снится. И этот запах. Я даже во сне чую этот запах. Потом не хочется и просыпаться.

– Ты хотела бы вернуться туда? – спросил ее однажды Иван, и сразу как-то сникла Лиона, в глазах появилась печаль, как у бездомного пса.

– А кто бы не хотел, – тяжело вздохнула Лиона, – а только не знаю, будет ли это.

– Да-а-а, отсюда не вырваться, – поддержала разговор полуслепая Елена, соседка Лионы из домишка напротив.

– Посмотрим, – сказала толстуха Ли и почувствовали все в ее голосе не то решимость добиться своего, не то скрытую угрозу кому-то, кто смеет ее здесь держать.

– Не знаю никого, кто уехал отсюда на моей памяти, – сказала Елена. – Все сидят по своим крысиным норам.

– А никто и не пробовал, – отрезала Лиона.