Город

Мать умерла, а вот Петр был жив, но его потерю она переживала почти так же, как уход матери, как уход близкого человека из мира живых в мир мертвых. Для нее он умер, его не стало на этой земле.

Как-то спустя несколько лет, она случайно встретила Петра на улице с его новой женой, – молодой, искрометной, обольстительной, – он, неловко улыбнувшись, кивнул ей, она молча отвернулась. Она уже больше не чувствовала боли, та ушла, с нею теперь было безразличие, полное безразличие относительно его судьбы, его жизни. Ведь мимо нее прошел другой человек, чужой и незнакомый, того Петра, что знала она, теперь уже не было.

Она была одна.

У Элеоноры не было иллюзий относительно своего будущего, она представляла его себе примерно в том виде, что имелся у нее теперь. Днем – работа в университете, вечером – после небольшой прогулки в парке ужин, чаще наедине с собой, реже вместе с кем-то из подруг. Были еще путешествия, которым она охотно посвящала каждый свой отпуск. Но это сезонные ощущения, которые, впрочем, к ее личному миру имели опосредованное отношение.

Еще выдавались праздники, которые она отмечала в компании своих подруг, иногда кроме подруг присутствовали еще их мужья и дети. И это еще острее подчеркивало всю унылость ее жизни. Она одна. И, видимо, это навсегда.

В последнее время она очень замкнулась в себе, это знала она сама, это замечали и окружающие. Должно быть, поэтому уже никто из представителей противоположного пола более не отваживался завести с ней разговор о чем-то таком, легком, ненавязчивом, веселом, что иногда приводит к появлению каких-то взаимоотношений между мужчиной и женщиной.

Да она и не знала, нужны ли ей эти взаимоотношения. А впрочем, что они ей принесут? Ничего хорошего, только новые разочарования. Она стала уставать от жизни, от ее ритма, и какой-то бессмысленности. Зачем все это, к чему?.. Она встает каждое утро, торопливо выпивает чашку кофе, потом убегает из дома, так и не уделив себе должного внимания, она лишь причесывает волосы, о косметике теперь и не вспоминает. Затем она торопливо шагает через парк к остановке, садится в трамвай, и едет в университет. Ее работа дает ей ровно столько денег, чтобы более или менее сносно существовать, не больше и не меньше.

И потому, вдруг оказавшись в этом прекрасном доме, где она получила возможность почувствовать себя хозяйкой, она будто пришла в себя, очнулась от бесконечных забот своего обычного существования. Она вздохнула свободнее, и ощутила в себе просыпающуюся женщину.