На пороге ночи. Последние люди на Земле

Она не представляла, что она будет говорить.

В зале появился высокий подтянутый мужчина с серебряной проседью в волосах, который будто бы кого-то ей напоминал, но из-за волнения она не могла понять, кого именно. А впрочем, не всё ли равно.

– Добрый день, – мужчина приветливо обратился к ней, приближаясь. – Волнуетесь? Волнуетесь, конечно. Это заметно. Что же, повод для волнения у вас есть, но он не очень веский. Скажу вам по секрету, – незнакомец понизил голос, – в этом зале уже столько отклонили проектов, что могу сказать твердо – вы последняя надежда.

И вряд ли они вам откажут. Иначе ратуши им не видать. Ну что же, удачи вам.

Мужчина улыбнулся Ани, и вышел из зала, она проводила его недоуменным взглядом. В зале становилось все многолюднее. Ласково улыбаясь, к ней подошел господин Селистер.

– Поздравляю, госпожа Бине, неплохое начало, – сказал он вместо приветствия.

– Вы это о чем?

– Я о господине Кале.

Ани объял ужас.

– Это был Ют Кале?!

Теперь настал черед удивиться архитектору.

– А вы что же, не знаете в лицо правителя Средиземноморья?

– Нет… То есть да… Ох, знаете, как-то всё вылетело из головы…

Саму презентацию она помнила плохо. Ей казалось, что говорила она отвратительно – вяло, бесцветно, неубедительно. Время от времени непроизвольно она встречалась взглядом с господином Кале, сидевшим напротив нее, во главе огромного овального стола, за которым расположились важные министры с холодными, надменными лицами. Многие из них бросали на нее лишь мимолетные взгляды, будто бы она была машиной, не заслуживавшей ни участия, ни поддержки.

Чтобы не сбиться и окончательно не растеряться, она решила не смотреть на них, ее взгляд невольно тянулся к господину Кале. Впрочем, она тут же отводила глаза, чтобы через несколько мгновений вновь встретиться с ним взглядом.

После того, как речь ее была завершена, в зале наступила томительная тишина. Она с тревогой ждала их слов, но все молчали. Министры на своих мониторах сосредоточенно просматривали эскизы проекта.

Потом поднялся важный господин с усами и бородой, невысокий, коренастый, в дорогом светлом костюме. Он говорил спокойно, со знанием дела, медленно роняя слова. Сквозь стук громко колотившегося сердца, различимый, как ей казалось, даже в самом отдаленном уголке зала, Ани старалась вникнуть в их смысл. Это ей плохо удавалось, но, судя по тону голоса, можно было предположить, что министр благодушно настроен по отношению к проекту.