Полный Магический Супернестор. Том I

Димитрий – злая сила,

Просить Богов не стал,

Ярлык у Михаила

На Тверию украл.

Померкло солнце снова,

И омрачился край —

На поле Куликово

Явился хан Мамай.

Замрите, папараци,

Забыл он не со зла

Что смена декораций

В стране произошла!

Задать хотел нам танец

Безродный пилигрим,

Индус и африканец

Скакали вслед за ним.

Искатели победы

Вступили тихо в рожь:

Монголы, немцы, шведы

И генуэзский дож.

Блистая сталью, в меди

Явились, голося,

Клыкастые соседи,

Свирепые друзья.

Ягнят молочных жарят,

(В бою – как на войне!)

В кустах чего-то шарят

И серут на стерне.

Лампасы.

Сабли.

Тульи.

Посланник Триперфле

Монеты прятал в ульи…

А мёд хранил в дупле…

Да, было очень жарко,

Привез нам друг степной

Не лучший из подарков-

Се-Филис бытовой…

Пока мы плачем кличем,

Свою степную сечь

Монгол коротким спичем

Пытается зажечь:

– Товарищи! В овраге

Тасуются враги!

Там бочки спелой браги!

Большие бутыляки!

Ватрушки!

Пироги!

Друзья!

Весьма неплохо

Горячего поесть!

Есть супчик из гороха!

Сыр козий?

Тоже есть!

Есть лошади и сбруи!

И что-то вроде нор…

Не смогут рокосуи

Достойный дать отпор!

Я так люблю в Европе

Резвиться, господа!

Но мы его по жопе

Ударили тогда!

Они умели биться

Плечом к плечу, в пыли!

Он предал италийцев

И …лийцы полегли.

Чтоб не ушёл с концами

Кудлатый в поле ржи,

Коли его щипцами,

Режь дундель!

Потроши!

Бежит!

Бежит, бродяга!

Неужто это быль?

Упало древко стяга

В клубящуюся пыль.

Победные голубки

Полночною порой

Делили ткани,

Кубки,

Мечи,

Полотна,

Трубки,

Брильянты,

Мясорубки

И взбили пир горой!

Расстройство энуреза!

Жизнь родины вдали

Мамаю генуэзы

Поспешно пресекли.

Народ был озабочен:

В морозном январе

Устойчиво не очень

Стоянье на Угре!

Сто лет в Стране Советов

Носили кирпичи

Кихот из Назарета,

Исус из Ламанчи.

Татарину на гичке

Сказали мы: «Привет!»

Но дани по привычке

Везли ещё сто лет!

17. Песнь семнадцатая

В коей нет ни сногсшибательных волшебств, ни таинственных происшествий и о содержании которой автор узнал в последнюю очередь, после издательского метрапанжа, сличавшего текст большой канонической лупой.

Вослед за тем веками,

Устав от свор и драк,

Мы щупали руками

Тяжёлый, вязкий мрак.