Подруга Лиса. Любовный роман

Меня развеселила её потрясающая непосредственность, а девчушка рассмеялась вслед за мной своим колокольчатым смехом, звонким эхом, прокатившимся по пустому пространству.

– Знаешь, я думаю, он быстро научиться командовать, бороться с трудностями – это его хобби. Ты – то, сама, чья будешь? – спросила я её, вытирая слёзы, вызванные её энергичным заявлением.

– У меня тут папа работает. А мама за границей осталась, у неё там теперь новая семья.

Заметив, что её оптимизм при этих словах упал до минусовой отметки, я тут же поспешила перевести наш разговор в другое русло, так и не выяснив для себя, что же собой представляют её родители.

Правда, в данный момент для меня это было уже и неважно, а чисто женское любопытство испарилось без следа. Хотелось вернуть на её лицо детскую живость и непосредственность, отвлечь от тех взрослых неурядиц, которыми мы невольно наделяем наших детей при разводе.

– А что думаешь о спектакле моего Славки?

Алиса с готовностью тут же переключилась на другую тему, как все дети, быстро забывая о своих переживаниях:

– Ещё не совсем поняла.

Ведь я ещё не знаю весь сценарий, чтобы судить о нём. Уверена только в том, что исполнителей главных ролей надо поменять, – было забавно слышать взрослые рассуждения из детских уст, – А знаешь, как теперь зовут в театре твоего Славика?

– И как же?

– Би – Би – Си. Это я придумала, – простодушно похвасталась она мне, и при этом в её тёмных глазах сияла такая неподдельная радость, будто она невесть какую великую премудрость сочинила.

Ох, уж эти дети!

– Это почему же? – удивилась я.

– По первым буквам его инициалов: Вячеслав Васильевич Сергеев. Как в английском алфавите. Ну, а во – вторых – он жуть, какой умный – просто ходячая энциклопедия, а поэтому – Би – Би – Си.

– А тебя, как родные зовут?

– По – разному: бабушка – Алькой или бесёнком, а папа – Ангелом…

Хотелось было спросить, как звала её мама, но я скорее зашила бы себе рот нитками, а потому лишь неожиданно выдала:

– Тогда я буду звать тебя Лисой.

Хорошо?

– Пойдёт! Это потому, что я рыжая, да? – склонила она голову набок, вызывая своими ужимками у меня улыбку:

– Да. А ещё – умная и хитрая.

Она триумфально рассмеялась, довольно сверкая глазами:

– Fine! Мне нравится!

Но тут нашу увлекательную беседу неожиданно прервали, одна из молоденьких актрис разыскала нас и увела Алису собираться домой. И я про себя решала, что её родитель, скорее всего, артист из нового пополнения труппы театра.