Последняя жертва Евы

У нее все чаще и чаще стали появляться подобные мысли. Она ловила себя на том, что рада, когда Станислава нет дома. Она предпочитала ходить к подругам одна, и даже маму она просила приходить, когда его нет. Это был нехороший симптом. Нет, она по-прежнему была ласкова и дружелюбна с ним, но в глубине души оставалась равнодушной к его ласкам, и их интимная близость стала все чаще и чаще утомлять ее.

«Может родить ребенка и переключиться на него? Тогда у меня не будет времени для всяких дурацких переживаний по поводу люблю-не люблю», – думала Ева, но с решением оттягивала.

Станислав в свою очередь был очень загружен в театре. Он приходил домой усталый и буквально валился с ног. Никаких перемен в настроении жены он не замечал, либо от усталости, либо от того, что она удачно их скрывала.

За все это время Ева только однажды виделась с отцом, они летели одним самолетом в Москву: она в гости к подруге, вышедшей замуж за москвича, а отец в командировку. Ева сама попросила, чтобы ей поменяли место и уселась рядом с отцом, который до этого ее, казалось, не замечал.

«Здравствуй, папа», – сказала она, усевшись поудобнее. – «Я, честное слово, рада тебя видеть. Ты в командировку?»

«Если это важно, то да, в нее самую. А ты, наверное, тоску разгонять? Я вижу, одиночество – твой удел. Не надоело еще притворяться, что ты любишь и любима?» – вопрошал отец, даже не глядя на Еву.

«Ну почему же притворяться? Это так и есть. У нас счастливый брак и…»

«И поэтому у тебя нет детей, и ты мотаешься в Москву одна.

Ева лишь пожала плечами. Она уже пожалела, что пересела к отцу.

«Папа, давай о чем-нибудь другом. Расскажи о себе, как твой бизнес, как самочувствие, какие планы на будущее?»

«Бизнес процветает, самочувствие отменное, планы на будущее – никогда не прощать предательства, даже самым близким. Еще вопросы есть?»

«Нет, Егор Васильевич. Вы исчерпали мое любопытство», – и Ева подозвала бортпроводницу. – «Извините, мне нужно пересесть, я зря поменялась местами».

«Девушка, вы что, серьезно? Свободных мест у нас нет, а менять я вас больше ни с кем не буду. Сидите здесь», – ответила та и удалилась.

Ева всю дорогу спала. Она больше не проронила ни слова и даже не попрощалась с отцом, выходя из самолета. Она чувствовала, как тот был весь пропитан ненавистью к ней, и она ощущала это почти физически.

* * *

Наступила зима, слякотная серая и дождливая, как осень.