Приговоренная к любви

Оказывается, по словам Аркадия, Светка сама просила его увезти ее из надоевшей ей провинции. Когда она осознала, что беременна, то и совсем не отставала от Аркадия. Он проговорился ей как-то, что наконец решается вопрос о его переезде назад в Москву.

– Мне кажется, она и беременность-то эту специально подгaдала, чтобы потом меня шантажировать, – зло сказал Аркадий.

– Да брось ты, строишь из себя жертву. Ты намного старше Светки и должен был соображать, что ты делаешь.

– Ну не так уж и намного.

Мне самому всего лишь двадцать пять, а я вот уже одинокий отец. Оно мне надо, как говорится!

– Ну а потом что? Родилась Ирочка, и что?

– Родилась Ирочка в декабре, и Света сразу же изменилась. Стала куда-то уходить, говорила, что работу ищет. По театрам бегала, хотела устроиться куда-нибудь. Ну а куда ее возьмут без образования? Я говорил, подожди до весны, попробуешь поступить куда-нибудь, позанимайся пока, предлагал ей даже репетитора какого-нибудь подыскать.

Но она все равно рыскала по Москве в надежде найти место.

– Ну не нашла, я так понимаю, а дальше что? – Лиде все это было понятно, это было так похоже на настойчивую своенравную Светку.

Но Аркадий ее удивил.

– А вот нашла, представь себе! Только не в Москве. Прочитала где-то, что в Ленинграде Петр Тодоровский собирается «Интердевочку» снимать, ну и написала ему. Пачку фотографий послала. Да я еще с дуру тоже кое-какие связи подключил, ну и пригласили ее на пробу.

Она укатила, Ирке еще и полгода не исполнилось.

Лида слушала Аркадия и не верила своим ушам. Фильм «Интердевочка» она уже видела, столько шума из-за него было! Лида вся переплевалась, до чего он ей не понравился, мерзкий какой-то и противный.

– И что, Светка там снималась?! – буквально возмутилась Лида.

– Ну, снималась – это громко сказано. В массовках где-то там мелькала за три рубля в час, условно говоря.

Но я ее так и не разглядел. Ну и домой она больше не вернулась. Познакомилась там на съемках с каким-то шведом и была такова, как говорится. Взяла сюжет фильма на вооружение.

Ирочке, видимо, надоело играть одной. Она подошла к отцу и потянула его за руку.

– Ах ты, моя хорошая, – нежно проговорил Аркадий и, сев на пол, стал помогать дочери укладывать разноцветные кубики в коробку.

Лида была потрясена известием до глубины души.