Четвертаки

Это спасло их, потому что обезумевшие от страха люди топтали упавших, пытаясь влезть в вагоны и уехать куда-нибудь подальше, не понимая, что бежать было некуда.

Шесть лет они провели здесь, на этой станции, обустраивая свой быт, как могли. Сначала все постоянно плакали и пребывали в страшном отчаянии от страха и неизвестности. Время от времени некоторые пытались выбраться из метро, не слушая предостережений, в попытке добраться до дома и больше не возвращались, сожранные Сариками. Некоторые сходили с ума. Машка помнила, как женщина лет пятидесяти, однажды вдруг посмотрела на нее совершенно безумными глазами, а потом, капая слюной, набросилась на нее, пытаясь задушить.

Страшное тогда было время. Когда закончились продукты и вода, голодные люди хотели даже тянуть жребий, чтобы выбрать, кого съесть. Тогда-то и пришло известие, что люди с четвертой группой крови могут беспрепятственно передвигаться по поверхности. Много еще тогда было неразберихи и неопределенности, но все же у людей появилась хоть какая-то надежда. А потом люди стали рыть тоннели: нужно было расширять площадь для проживания выживших, да и под склады тоже нужны были помещения.

Со Стеллой она познакомилась, когда ей было уже девять. Тогда детей первый раз вывели на свет, погулять, подышать свежим воздухом. Маша видела оцепление из Четвертаков, стоящих с оружием наготове. Женщина Воспитатель строго настрого запретила тогда детям разговаривать. Поднимаясь по ступенькам наверх, неустанно повторяла: "Сарики вас учуют конечно, но если вы будете еще и разговаривать или кричать, они прибегут еще быстрее.

Молчите! Будьте осторожны! По сигналу немедленно спускайтесь вниз, не создавая давки!"

На улице накрапывал дождик, но было тепло. Краем глаза Машка увидела большие канистры для сбора дождевой воды. Некоторое время дети стояли, оцепенев: как же давно они не видели такого высокого неба, как давно они не видели ничего, кроме стен станции. Кто-то, наклонившись, трогал ладонью мокрый асфальт, кто-то подставлял лицо каплям дождя.

С совсем маленькими, кому и года не было, вышли родители. Они беззвучно плакали, смотря за спины Четвертаков, на когда-то родной и привычный город.

Вечером, сидя под теплым одеялом, она рассказывала родителям снова и снова, во всех подробностях про то, что видела наверху. Мама плакала, а отец лишь устало тер лоб и почему-то все время смотрел наверх блестящими влажными глазами. А потом Машка увидела ту самую девушку, которая ее спасла.