Сублимация Веры Павловны

– Вы еще способны на саркастические замечания в такой ситуации? – заметил у нее в голове Егор Петрович.

– Не сводите меня с ума. В литературоведении это называется «снижение образа».

– Переходите к делу. Вы не книжку пишите, – ворчал Егор Петрович. – У вас пять минут.

Вера Павловна снова решила, что эти пять минут длятся подозрительно долго, но ничего больше не сказала.

– Я знаю про твою теорию, – вернулась она к Раскольникову.

Он сморщился, как от боли:

– И что? Будешь меня упрекать, мучить?

– Нет, хочу указать на некоторые несообразности.

Вера Павловна поднялась и стала медленно прохаживаться по странной, словно застывшей в безветрии траве.

– Позволю себе напомнить.

– Ну, да. Это твое любимое занятие. Я сошел с ума или сплю? – впервые поинтересовался юноша.

– Спишь, – успокоила его Вера Павловна. – Итак, ты, немного поразмыслив над своей нескладной жизнью, понял, что тебе хочется всего и сразу. Поправь, если я ошибусь.

– Пока все правильно. Кто бы этого не хотел, – в его голосе слышался мальчишеский вызов, чем-то сейчас напомнил он Вере Павловне ее не признающих компромисса учеников.

– И поскольку сделать что-то великое у тебя не получилось, ты обиделся на людей, на мир, на несправедливо устроенное общество.

– А ты считаешь, что все справедливо? – вспылил юноша. – И вообще перестань ходить взад-вперед! «Раз это мой сон, то должно же быть по-моему?» – уточнил он.

Вера Павловна села на скамью и положила ногу на ногу. Потом, подумав, что неприлично совести так себя вести, села, как благовоспитанная дама.

– И ты, озлобясь, стал размышлять над жизнью. Ничтоже сумняшеся разделил людей на высших и низших.

Видно, было, что юноша получает от этого разговора какое-то болезненное удовольствие. Каждое слово Веры Павловны вызывало в нем чувство гордости что ли.

– Высшим можно все. То есть абсолютно все для достижения своих целей. Низшие созданы для удобства высших. Все так? – Вера Павловна все-таки положила ногу на ногу.

– Что не устраивает тебя в этом?

– Ты решил, что если человеку высшему для достижения цели надо… убрать с пути сколько-то бесполезных, никчемных, то он может и даже должен это сделать без угрызений совести… То есть моих угрызений, – добавила Вера Павловна (при этом услышав смешок Егора Петровича).

– Ты считаешь это деление безупречным?

– Да.