Двойное кольцо

– А если бы перед вами встал гипотетический выбор: человечество или Альянс – что бы вы выбрали?

– Моих близких, профессор Уиссхаиньщщ.

– То есть племя. Семью и род.

– И друзей. И учителей. Внешность, кровь, язык – для меня несущественные различия.

– Да, Цветанова-Флорес. Об этом я немного наслышан. Что же, наш разговор завершен. Разумеется, он был строго конфиденциальным. Идите, учитесь.

– Вечность с вами, старейший наставник Уиссхаиньщщ, – попрощалась я по-аисянски.

Он молча мне поклонился. Но не думаю, чтобы за эти жестом стояло что-либо, кроме формальной учтивости.

Эта встреча оставила у меня очень тягостное ощущение. Впрочем, главный мой страх оказался напрасным: магистру ничего не грозит. Разве только взбучка от матушки за его арт-проект «Лорелея».

Вести с Лиенны

Магистр Джеджидд вернулся с Виссеваны профессором. Ученое звание присуждалось автоматически после успешной защиты. В том, что он давно достоин такого отличия, в Колледже не сомневался никто. Но ему, как я уже упоминала, хотелось соблюдения всех академических и бюрократических правил – и признания на межгалактическом уровне (ну не буду же я кривить душой и всерьез утверждать, будто мой учитель совсем лишен честолюбия – если уж не как принц, то как космолингвист).

При встрече он показался мне странным – и окрыленным успехом, и несколько озадаченным, погруженным в какие-то тайные и невеселые мысли. Увидев его в колледже, я подумала, что на него навалилось такое множество дел, что расспросы сейчас неуместны.

Он сразу возобновил занятия, а в классе обсуждение посторонних тем пресекалось мгновенно. Приходилось терпеть и ждать. И я дождалась. Приглашение на выходные вскоре последовало, наши встречи в его гостиной возобновились – и всё-таки атмосфера переменилась. Он стал немного другим. И Иссоа – другой. И госпожа Файолла – еще церемонней, чем прежде. Ей явно очень не нравилось всё, что делал Ульвен, и вместе с тем она не могла не гордиться таким выдающимся сыном.

Пока он отсутствовал, я виделась с Карлом и бароном Максимилианом Александром в менее чопорной обстановке.

Не стиснутые этикетом, мы встречались в их съемных комнатах или сидели во дворике; хозяева – симпатичная пара тагманцев – нас радушно чем-нибудь угощали, потом мы гуляли по городу, а однажды даже потанцевали с Карлом на обычном тагманском сборище в вечер полнолуния Тинды. Магистр чурался этих плебейских увеселений, хотя, я знаю, иногда наблюдал за ними, оставаясь в глубокой тени.