Наследник

Это значило, что я временно становилась посредницей между домом и всеми его обитателями как в прошлом, так и в настоящем. Дом был весь пронизан незримыми токами пресловутой сакральности и принял бы как Хранителя не любого, а только действительно избранного. Вопреки недовольству уйлоанской родни, Ульвен объявил, что его избранница – я, уроженка Теллус, инопланетянка. О наших с учителем истинных отношениях ходили разные толки, однако нам не в чем было каяться перед близкими, а посторонние не имеют никакого права об этом судить.

Свой долг я исполнила. Как и он – свой.

Уйлоанцы, живущие в Тиастелле, по старой памяти называют меня «госпожа Хранительница», хотя сейчас я храню не дом семьи Киофар, а лишь память обо всем, что с ним связано. Обо многом я уже рассказала и в моей монографии «Профессор Ульвен Киофар Джеджидд, его научная и педагогическая деятельность», которую я защитила как докторскую диссертацию, и в моих записках, которые постоянно перечитываю, правлю и понемногу готовлю к изданию.

Я не знаю, искал ли он смерти, достигнув предела, доступного существу из плоти и крови. Несмотря на то, что он долго противился року, не желая признать себя Императором, он не мог перестать развиваться и стремиться ввысь и вперед. Я сама наблюдала за постепенным перерождением замкнутого и угрюмоватого магистра Джеджидда в блистательного профессора, а затем и в великолепного ректора Ульвена Киофара Джеджидда, члена Планетарного совета Тиатары, под конец же – в «его императорское высочество принца Ульвена Киофара Уликенсса Джеджидда».

Апофеозом преображения мог бы стать «Император Лиенны и верховный иерофант уйлоанцев – Ульвен Киофар Уликенсс Джеджидд». Дальше было двигаться некуда. Но желал он не власти, а нового знания. Он был слишком тонок, умен, ироничен и безудержно смел, чтобы стать лишь декоративным правителем «ложной», как он выражался, империи. Ульвен не скрывал своих планов: если он получит верховную власть, то сломает и переделает все институты, не оставив камня на камне. Иссоа, его сестра, ни на что подобное не покушалась. И почему убили Ульвена, не дав довести церемонию до конца, оставалось загадкой. В своем кругу, семейном и дружеском, мы старались не обсуждать тех мрачных событий, коль скоро изменить ничего уже было нельзя. Оставалось принять status quo – сложившееся положение дел.

С тех пор миновало шесть лет.

Уйлоанская община Тиатары прервала все сношения с властями Лиенны.