Тиатара

Как и когда ты их будешь выполнять, никого не касается. Некоторым существам, вроде вас, землян, нужно спать по нескольку часов подряд каждый день. Не забывай про эту вашу особенность».

Совет мог бы показаться издевательским, но лишь на поверхностный взгляд. Действительно, есть же создания, которые спят незаметно, отключаясь на несколько минут и снова включаясь в реальность как ни в чем не бывало. А есть такие, которые бодрствуют целый сезон, но затем впадают в долгую спячку. Может быть, кто-то вовсе не спит.

Попытки обмануть свою физиологию кончаются неизменно плохо. У студентов колледжа случались нервные срывы, а некоторые просто сходили с ума.

Я согласилась с Фонариком, не рискнув поручиться, что уж я-то наверняка не свихнусь. Мое нынешней эйфорическое состояние может вскоре смениться усталостью, раздражением, недовольством, тоской по родным. Из депрессии может развиться психическое расстройство, из расстройства – ментальный сдвиг. Отрицать это глупо.

В день начала занятий Фаррануихх проводил своих подопечных – Рэо, Эйджонг и меня, – до аудитории, где ожидалась первая лекция курса «Общая теория языка».

Смотрелись мы все вместе, наверное, весьма колоритно, однако нисколько не удивительнее многих прочих.

Имя преподавателя значилось в расписании, но оно ничего мне не говорило. «Профессор Лори Кан» – так мог именоваться кто угодно.

На лекторский подиум забежала какая-то девчонка. Ну, девушка. О, человек, как и я! Неужели это неправда, что я на курсе единственная уроженка Земли? Как здорово, если нас будет двое!

Она небольшого роста, заметно ниже меня.

Худенькая и изящная, как статуэтка. Впрочем, статуэтка весьма подвижная и даже вертлявая. И вдобавок одетая довольно экстравагантно, в блузку и брюки невероятных цветов, перемешанных, как попало: белый, розовый, ярко-зеленый, сиреневый, черный, оранжевый. Вырвиглаз, а не гамма. Короткие волосы красновато-каштанового оттенка либо сами по себе завивались мелкими пружинками и колечками, либо такова была тщательно сделанная прическа. Веки пронзительных черных глаз с несколько восточным разрезом подчеркнуты синим, губы подкрашены алой помадой.

Мне всё это показалось безумно странным, и я не могла понять ее возраст. Я-то сама ни разу в жизни не красилась, засмеяли бы одноклассники. Если смыть с нее весь этот грим, то сколько ей лет?.. Двадцать пять?.. Чуточку больше?..

– Приветствую всех! – обратилась она, заняв место лектора. – Я профессор Лори Кан.